Церковные и духовные издания российской империи синодального периода.

ВОДА ЖИВАЯ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ЦЕРКОВНЫЙ ВЕСТНИК

  • Адрес: Россия, 191167, Санкт-Петербург, наб. р. Монастырки, 1
  • Телефон: (812) 274-04-54
  • Периодичность: 1 раз в месяц
  • Официальный сайт: http://aquaviva.ru

Основан в 1874 году под названием «Церковный вестник» по инициативе митрополита Новгородского, Петербургского и Финляндского Исидора (Никольского) и утвержден распоряжением Св. Синода от 27 ноября 1874 года № 32695. Журнал издавался при Санкт-Петербургской духовной академии, редактировался и рецензировался её преподавательской корпорацией, которая несла за содержание статей полную ответственность непосредственно перед Св. Синодом.

До 1888 года являлся официальным органом Святейшего Всероссийского Синода и состоящих при нем центральных учреждений. Затем его в этом качестве заменили «Церковные Ведомости».

Выходил еженедельно до 1917 года. Структура издания представляла собой две равные части: официальная и неофициальная. В официальной части публиковались все, как утверждает редакция, самые важные распоряжения и постановления церковных и светских властей (Св. Синода, Учебного комитета, Хозяйственного управления и др.). В неофициальной части публиковалась информация именно частного характера (хроника с мест, научно-богословские статьи, разъяснения к официальной части, новости из-за рубежа, реклама и объявления и т.п.). Прибавления издавались ежемесячно отдельными книжками. Многие статьи журналов носили не только справочный, но и исследовательский характер.

Журнал ставил целью удовлетворить потребности всех образованных людей, не чуждых церковно-религиозного идеала, знать современную жизнь Церкви Христовой вообще, православной восточной в частности и нашей отечественной в особенности, и следить за течением этой жизни во всей ее широте и разнообразии, притом в соприкосновении ее с жизнью светского общества.

  • Передовые статьи, имеющие своим содержанием рассуждения, в которых научный богословский материал предлагается в общедоступной форме
  • Статьи церковно-общественного характера, посвященные обсуждению различных церковных и общественных явлений, по мере того, как выдвигает их текущая жизнь; в этом отделе редакция дает широкое место и голосу своих подписчиков, и читателей, которые соблаговолят высказаться по тем или другим назревающим вопросам жизни
  • Мнения и отзывы — в каковом отделе излагаются и подвергаются критическим замечаниям факты и явления церковно-религиозной жизни, как они отображаются в текущей духовной и светской печати
  • Обозрение духовных журналов
  • Обозрение светских журналов со стороны статей, представляющих церковно-общественный интерес
  • Книжные новости — критические заметки о вновь выходящих книгах и полный список книг, выходящих с разрешения духовной цензуры
  • Корреспонденции из епархий и из-за границы о выдающихся явлениях местной жизни
  • «Из области церковно-приходской практики» — отдел, в котором редакция дает разрешение недоуменных вопросов из пастырской практики
  • Постановления и распоряжения правительства
  • Летопись церковной и общественной жизни в России, представляющая обозрение всех важнейших событий и движений в нашем Отечестве
  • Летопись церковной и общественной жизни за границей, сообщающая сведения о всех важнейших событиях и движениях церковно-общественной мысли и жизни за пределами нашего Отечества
  • Разные известия и заметки, не укладывающиеся в вышеозначенных отделах

В 2005 году переименован в «Санкт-Петербургский Церковный вестник», чтобы исключить путаницу с газетой «Церковным вестником» Московской Патриархии (бывш. «Московский Церковный вестник»).

С 2007 года журнал носит название «Вода живая. Санкт-Петербургский церковный вестник».

Синодальный период

Синода́льный пери́од — общепринятый термин в периодизации истории Русской Церкви, к которому обычно относят 1700—1917 годы: два десятилетия Местоблюстительства (1700—1721) обычно рассматривают в рамках данного периода (П. В. Знаменский, А.В. Карташёв, И.К. Смолич, В. Цыпин), хотя Святейшего Синода ещё не существовало.

Содержание

Основные процессы и тенденции

Характер управления и строя Российской Церкви в данный период были заложены в ходе церковных реформ императора Петра I и закреплены в Духовном Регламенте 1721 года, остававшимся основным нормативным документом Церкви в России государственного происхождения.

В XVIII веке в Российской церкви наблюдались следующие социально-экономические процессы: последовательная секуляризация (отчуждение) государством земельной и иной собственности у монастырей (перевод в 1764 году монастырей на «штаты», то есть фиксированное содержание из государственной казны в зависимости от «класса» данного монастыря); дальнейшее обособление духовенства в замкнутое сословие, ликвидация практики избрания приходских клириков и повсеместное укоренение практики наследственного порядка замещения вакансий на приходах.

Читать еще:  Почему нельзя в дорогу спрашивать куда. Приметы и суеверия на дорогу

В 1860-е годы правительство предприняло некоторые шаги, несколько разрушившие замкнутость духовного сословия: в 1863 году выпускникам духовных семинарий было дозволено поступать в университеты (в 1879 году отменено); Устав гимназий от 1864 года разрешал сыновьям духовных лиц поступать в гимназии; в 1867 году была упразднена практика наследования духовных должностей; по утверждённому императором Александром II мнению Государственного совета от 26 мая 1869 года и дополнению к нему от 15 марта 1871 года, все не состоящие клириками из числа как священно-, так и церковнослужителей вместе с их потомством исключались из духовного сословия; 21 марта 1871 года было дозволено занимать церковные должности лицам всех сословий, сыновьям священников могло присваиваться личное дворянство, а сыновьям церковнослужителей — личное почётное гражданство [1]

В течение всего периода наблюдался процесс значительного территориального расширения пределов юрисдикции Российской Церкви, шедший параллельно (а в Северной Америке с конца XIX века — автономно) географической экспансии Российской империи: в начале XIX века была полностью инкорпорирована (подчинена) ранее автокефальная Грузинская Церковь (оба католикосата); был создан ряд новых епархий (либо воссозданы прежде бывшие) — Санкт-Петербургская, епархии в Северо-Западном крае, Восточной Сибири, Новороссии, Галиции, Царстве Польском, Бессарабии, Туркестане, Дальнем востоке. С 1868 года было отменено введённое в XVIII веке деление епархий на классы: по штатам 1754 года, епархии подразделялись на: первоклассные (митрополии), второклассные (архиепископства) и третьеклассные (епископства); сообразно такой классификации правящие архиереи получали преимущества чести и титула. По штатами от 27 декабря 1867 года, разделение епархий на классы упразднялось и все они считались равными, кроме трех митрополий: Санкт-Петербургской, Киевской и Московской, а также Грузинского Экзархата; титулы архиереев обращались в их личное преимущество [2] .

В сфере внешних сношений, наблюдалось вовлечение междуцерковных контактов в русло внешней политики правительства. В половине XIX века происходила активизация сбора сведений и попыток влиять на восточные патриархаты с целью продвижения внешнеполитических целей России, в частности разрешения Восточного вопроса, а также греко-болгарской распри. Одним из следствий стала напряжённость (порою конфликтность) в отношениях со Вселенским (Константинопольским) Патриархатом, имевшая 3 основные причины: 1) фактическая поддержка Россией болгар-раскольников против Патриархии [3] ; 2) возрастающее влияние на Патриархию правительства и общественного мнения Греческого королевства, где после Крымской войны были сильны антироссийские настроения [4] вследствие влияния Англии и реакции на то, что рассматривалось греками как российский панславизм и русификация Афона; 3) ненормальность, по мнению большинства русских политиков и церковных деятелей [5] , устройства управления Патриархатом согласно «Общим уставам» 1858—1860 годов, которые предусматривали значительную роль мирян в центральном церковном правительстве.

Официальная периодическая печать

С 1859 года начала создаваться местная (епархиальная) периодическая (повременная) печать; первым таким изданием были « Херсонскія Епархіальныя Вѣдомости », с идеей которых выступил ранее Херсонский архиепископ Иннокентий (Борисов) († 26 мая 1857). Создание центрального официального органа сдерживалось рядом обстоятельств и соображений, в числе которых были опасения возможного вовлечения такого издания в журналистскую полемику, что стало характерной чертой журналистики периода «гласности» в царствование Александра II. С 1859 года «начальственные распоряжения по ведомству православного исповедания» — документы от имени Святейшего Синода — размещались в еженедельном журнале « Духовная Бесѣда », издававшемся при Санкт-Петербургской семинарии и в 1862 году перешедшем в частные руки протоиерея Иоанна Яхонтова.

27 ноября 1874 года Синод принял решение о печатании своих материалов в официальной части журнала «Христіанское Чтеніе» (издавался ежемесячно Санкт-Петербургской Академией с 1821 года); издание получило отдельный статус под названием « Церковный Вѣстникъ, издаваемый при Санкт-Петербургской духовной академіи: Офиціальный органъ Святѣйшаго Всероссійскаго Синода и состоящихъ при ономъ центральныхъ учрежденій » (еженедельный журнал), первый номер которого вышел в январе 1875 года. Журнал сохранял официальный статус до 1888 года [6] ; с 1916 года с подзаголовком: « издаваемый Миссіонерскимъ Совѣтомъ при Святѣйшемъ Сѵнодѣ ».

С 1888 года до 1918 центральным официальным органом было еженедельное издание « Церковныя Вѣдомости, издаваемыя при Святѣйшемъ Правительствующемъ Сѵнодѣ » с прибавлениями.

С января 1890 года выходил « Вѣстникъ военнаго духовенства » на одинаковых с епархиальными «Ведомостями» основаниях; в 1911 году был переименован в « Вѣстникъ военнаго и морского духовенства » и издавался до июня 1917 года.

Читать еще:  Что нужно чтобы попасть в рай. Патер Дий о религиях

Оценка и значение

Протоиерей Александр Шмеман в средине XX века писал: «Спор о значении, об оценке Петровской реформы есть, можно сказать, основной русский спор. Вряд ли кто будет спорить с тем, что реформа Петра была, прежде всего, резким перерывом „теократической“ традиции, сознательным и всесторонним переходом на западную установку сознания. Это было воцарение в России западного абсолютизма. Канонически Синод был признан восточными патриархами и сакраментально-иерархическая структура Церкви не была повреждена. Поэтому острота реформы не в канонической её стороне, а в той психологии, из которой она вырастает. Через учреждение Синода Церковь становится одним из государственных департаментов Психология эта лучше всего выражена в „Духовном Регламенте“ знаменитого Феофана Прокоповича; он переносил в Россию все основные принципы протестантизма, его понимание взаимоотношения Церкви и Государства, в котором Церковь, видимая или земная, в ту эпоху мыслится именно религиозной „проекцией“ самого государства. Этой коренной, основоположной лжи Петровской Реформы русская власть не осознала и не отвергла фактически до самой Революции 1917 года. В ней основная двусмысленность отношений между Церковью и Государством, отравившая одинаково и государственное и церковное сознание. Ибо надо подчеркнуть, что Русская Церковь, по существу, по совести, не приняла Петровской реформы. Для неё Император остался Помазанником Божиим, а само это помазание она продолжала воспринимать в категориях византийской или московской теократии. Царскую власть государство и Церковь воспринимали поэтому по-разному, исходили по отношению к ней из почти противоположных предпосылок. Византийским помазанием на Царство, то есть посвящением земного царя в служение Царя Христианского (а с этой точки зрения византийское миропомазание теоретически есть ограничение, а не абсолютизация царской власти), Русская Церковь помазывала теперь западный абсолютизм! И на один день блестящий гвардейский офицер, по „божественному“ праву крови и наследства бывший неограниченным хозяином миллионов людей, действительно, являлся византийским василевсом или московским Царём: в сакральном облачении, с крестом на голове, снова как икона священного христианского Царства. Эту икону видели в нем всегда Церковь и народ, но, начиная с Петра, её не чувствовало само государство: напротив оно целиком было построено на принципах западного абсолютизма. И вот эта разница между отношением Государства к Церкви („ведомство православного исповедания“) и отношением Церкви к Государству („Помазанник Божий“) составляет главную ложь синодального периода.» [7]

Епископ Андрей (князь Ухтомский) писал, говоря о общем состоянии церковности в русском обществе в конце синодальной эпохи: «Церковного общества у нас почти не существует. Иначе говоря, нет Церкви как общества, а имеется только толпа христиан и то лишь числящихся христианами, а на самом деле о Церкви не имеющих понятия. Самая церковная молитва обратилась теперь только в служение молебнов и „панихидок“, а сколько-нибудь литургийно-общественного настроения совсем нигде нисколько не заметно. Таковы отрицательные заслуги русского цезаропапизма в истории и жизни русской церкви. Цезаропапизм боролся вообще с общественностью, поэтому сам цезарь погиб в неравной борьбе и погубил церковную общественность и изуродовал всю нашу социальную жизнь.» [8]

Названия церкви

В отличие от современности у церкви в этот период не существовало единообразного наименования, и в разных источниках встречаются такие варианты как Православная кафолическая греко-российская церковь, Российская Церковь, Русская Церковь, Российская Православная Церковь, Российская Православная кафолическая Церковь, Греко-Российская Церковь, Православная Греко-российская Церковь, Российская Восточно-православная Церковь, а в XVIII веке также и Российская Церковь греческого закона [9] .

Статистика на 1917 год

В 1917 году численность лиц православного исповедания в Империи составляла около 117 миллионов (более двух третьих всего населения); имелось 67 епархий; действовало около 80.800 храмов и часовен, 1025 монастырей (с 94.629 монашествующими), 35.000 начальных церковных школ, 185 епархиальных училищ, 57 семинарий, 4 духовные академии, 34.497 библиотек; численность священнослужителей превышала 66.000 человек, в том числе 130 архиереев [10] .

Синодальный период в Русской Церкви 1721–1917

Сын царя Алексея Михайловича Петр I, затеяв обширные государственные преобразования, изменил и систему управления Русской Церковью. Петр стремился к абсолютной монархии и подчинению Церкви государству, поэтому в 1721 году он упразднил патриаршество и заменил его Духовной коллегией, позже получившей название Святейшего Правительствующего Синода.

Читать еще:  Как привлечь удачу в выигрыше. Заговоры на выигрыш в лотерее — какие самые лучшие

В состав Синода были введены не только архиереи, но и священники, хотя, по канонам, Церковью должны управлять епископы. Деятельность Синода контролировалась представителем царя – обер-прокурором. Сам царь, как и в дореформенное время, оставался защитником и покровителем господствующей Церкви (Православия).

Таким образом, в результате реформы Петра I Русская Церковь оказалась в подчиненном положении к светской власти. Но, так как Русское государство оставалось православным, Церковь своей духовной властью через миропомазание делала законной царскую власть; российский император обязан был принадлежать к Православию. Период с 1721 года по 1917 год, когда вместо Патриарха Церковью управлял Святейший Синод, называется синодальным.

При Петре I Русская Церковь оказалась в подчиненном положении к светской власти

Несмотря на каноническую ущербность синодальной реформы (т. е. несоответствие ее правилам Церкви), с синодальным периодом связаны значимые и дорогие для Русской Церкви события и имена. Так, именно к этому периоду относится служение великих русских святителей:

  • московского митрополита Филарета (Дроздова),
  • епископа Кавказского Игнатия (Брянчанинова),
  • епископа Воронежского и Задонского Тихона (Соколова),
  • епископа Феофана (Говорова),
  • затворника Вышинского и других.

Огромное влияние на жизнь русского общества этого времени приобрели Оптина пустынь и устроенный в XIX веке Серафимо-Дивеевский монастырь.

Оптина пустынь в особенности известна своими старцами. Основателем оптинского старчества стал преподобный Лев (Наголкин), пришедший в Оптину в 1829 году. Старцами называют опытных наставников в духовной жизни, уже преодолевших преткновения подвижнического пути и соблазны мира и получивших от Бога дар духовного руководства и открытия людям воли Божией. Со времени возрождения старчества в Оптиной пустыни не только возросло число братии, но и увеличилось число паломников. Многие миряне желали пользоваться назиданием и утешением духовных старцев. В прежде малозаметную пустынь стали приезжать самые известные люди России:

  • Н. В. Гоголь,
  • Ф. М. Достоевский,
  • Л. Н. Толстой,
  • И. В. Киреевский,
  • В. С. Соловьев и др.

Одним из великих оптинских старцев был прославленный в 1988 году в лике святых преподобный Амвросий Оптинский. Дело духовного возрождения человека продолжили ученики старца Амвросия старцы:

  • Иосиф (1837–1911),
  • Анатолий (1824–1897),
  • Варсонофий (почил в 1912 г.),
  • Анатолий (почил в 1922 г.),
  • Нектарий (1856/57–1928).

Последние старцы при советской власти были изгнаны из монастыря.

Возникновение Серафимо-Дивеевского женского монастыря связано с именем преподобного Серафима Саровского (1759–1833), канонизированного в 1903 году в царствование святого императора Николая II. Этот монастырь образовался из двух монашеских общин, существовавших до этого в двух разных концах села Дивеево: Казанской женской общины, образованной преподобной Александрой (Мельгуновой) и духовно окормляемой старцем Саровского монастыря преподобным Серафимом, и Мельничной общины, устроенной самим преподобным Серафимом по велению Божией Матери. Пресвятая Богородица Сама указала место для новой общины на востоке Дивеева; сказала, что надо обнести это место канавою и валом; сначала поставить там мельницу и кельи, а потом соорудить храм с двумя престолами – в честь Рождества Христова и Рождества Самой Богоматери. Пресвятая Богородица дала преподобному Серафиму особый устав для новой обители; непременным правилом стал Ее запрет принимать в обитель вдовиц, обитель должна была быть исключительно девичьей.

В Серафимо-Диеевский женский монастырь принимали только непорочных дев

После смерти батюшки Серафима Мельничная девичья обитель самостоятельно просуществовала всего десять лет. В жизнь сестер двух общин самовольно стал вмешиваться саровский иеромонах Иоасаф (Тихонов). Старец Серафим при жизни запрещал ему это, но честолюбивый монах в мечтах видел себя попечителем и духовником обители. В 1842 году Тихонов выхлопотал указ об объединении двух общин. С этого времени духовная и хозяйственная жизнь в Серафимо-Дивеевской общине совершенно разладилась; все заветы Божией Матери касательно общины усилиями иеромонаха Иоасафа (Тихонова) были нарушены. Бедствие завершилось в 1862 г., когда община была преобразована в монастырь и игуменьей была назначена преподобная Мария (Ушакова).

В обители проживали знаменитые дивеевские юродивые:

  • блаженная Пелагея (ум. 30 янв. 1884 г.),
  • блаженная Паша Саровская (ум. 22 сент. 1915 г.),
  • блаженная Мария Ивановна (ум. 8 сент. 1934 г.).

Эти блаженные были известны даром духовного совета, чудесами и даром пророчества.

Источники:

http://drevo-info.ru/articles/13676783.html
http://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/254524
http://iamruss.ru/synodal-period-in-the-russian-church-1721-1917/

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector