Священник филипп парфенов где служит. О.Филипп Парфёнов о крещении и катехизации

Что за притча? О. Филипп Парфенов о богаче и Лазаре

О. Филипп Парфенов — постоянный автор сайта «Православие и мир»

Уверенное начало проповеди заштатного священника Филиппа Парфенова: Данная евангельская притча, как и некоторые другие, содержит в себе элементы реализма, смешанные с нарочитым гротеском и гиперболами в повествовании, на деле скрывает за собой полную неспособность истолковать Евангельскую проповедь в либеральных терминах.

Рассуждая совершенно по-мирски, о. Филипп Парфенов думает, что в этой притче и в Евангелии в целом осуждается богатство и прославляется бедность: Евангелие от Луки можно с полным правом назвать «евангелием для нищих», – богатство в нем обличается весьма жестко. Идеологическая основа такого толкования очевидна, и она совершенно чужда Евангелию и Святым отцам. Так, св. Иоанн Златоуст делает вывод максимально далекий от социального «евангелия» о. Парфенова:

Праведным же и тамошнее и здешнее доставляют великое удовольствие: а порочные и корыстолюбивые и здесь и там наказываются. Они и здесь наказываются ожиданием тамошнего мучения, худым всеобщим о них мнением, и тем самым, что грешат и растлевают свою душу, и по отшествии отсюда терпят невыносимые мучения. Напротив праведники, хотя бы здесь терпели бесчисленные бедствия, питаются добрыми надеждами, вкушая удовольствие чистое, постоянное, непоколебимое; а после получат бесчисленные блага, как и этот Лазарь.

Таким образом, различие все-таки не в богатстве и бедности, а добродетели и пороке.

В притче говорится об аде и рае, но для о. Филиппа Парфенова это гипербола: Отсюда все эти гиперболы, кажущиеся подчас фантастическими (можно подумать, что душа после смерти сохраняет все свои телесные чувства – жажду, жар, прохладу, влагу или сухость). Почему это именно гипербола, выпускник биофака МГУ о. Парфенов не объясняет. Скорее напротив: адские мучения будут бесконечно большими, нежели жажда, жар и т.д. Зато либеральные догматы о. Парфенов воспроизводит без запинки: Ясное дело, что ад и рай – не места, но состояния душ.

В притче Спаситель говорит о великой пропасти, так что хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят, и следовательно дело никак не может быть в «состоянии душ», а нужен суд Божий. Так нет же: ад в данном случае для богача – его покаяние, сожаление о прожитой безалаберной жизни, но запоздалое,- настаивает о.Ф. Парфенов. Почему же запоздалое? Потому что, изобретательно развивает свою мысль о. Парфенов, это совесть богача освобождается и сожигает его самого.

В притче говорится о вечности мучений, но для либеральной совести это невыносимый гротеск: Справедливо ли, что за временные земные удовольствия богач получает уже вечные непрекращающиеся муки,- спрашивает о. Парфенов и сочиняет,- Конечно, эта притча не может служить основанием для утверждения вечных адских мук так, как это иной раз делается… Это притча – просто предупреждение, весьма жесткое и реалистичное. То есть, назовем вещи своими именами: согласно о. Филиппу Парфенову, Спаситель пугает слушателей тем, чего на самом не будет.

Итак, перед нами человек, берущийся истолковать Евангелие, но предлагающий все то же избитое «благовестие» об отсутствии ада и рая, о том, что Бог никого не наказывает, и что мучения, если и будут, будет очень недолгими. Какое это имеет отношение к притче Спасителя, к ее прямому смыслу? Совершенно никакого. Более того, без нравственных оснований — без великого и непереходимого различия между добродетелью и пороком — невозможна вообще никакая притча, как слово мудрости.

Св. Иоанн Златоуст заключает свои семь слов о Лазаре тем, что просит слушателей не искать пространных врат и широкого пути и не домогаться всячески удовольствий, но помышлять о конце того и другого пути и представляя в уме участь постигшую богача, широкого пути избегать, а искать врат узких и пути тесного, чтобы после здешней скорби придти в страну отрады.

Священник филипп парфенов где служит. О.Филипп Парфёнов о крещении и катехизации

Войти

November 8th, 2013

«. горе тому, кто дерзнет внести какие — нибудь изменения в Богослужение и уставы той Церкви, которая есть «Столп и утверждение Истины». Всякое желание внести якобы усовершенствования, изменения в правила и учение Св. Церкви, есть ересь, желание создать свою особую церковь по измышлению разума человеческого, отступление от постановления Духа Святаго и есть хула на Духа Святаго, которая не простится вовек».
Преподобны Серафим Саровский.

Читать еще:  Крестная мать что должна. Крестные родители

Филипп Александрович Парфенов священник, сан принял недавно, некоторое время жил в Париже, мудрости набирался, а ныне вернулся в Москву. Он еще не стар, но пребывает, как писал классик, в последнем приступе молодости, дерзая при этом наставлять в парижском Православии небольшое число российских интеллигентов. Ловец человеков, сети забрасывает, на богатый улов надеется. Причем, ячейки этих сетей мелкие мелкие, хотя сами сети довольно гниловатые, экуменические. Характерно и то, что каждое свое обращение авва отче Филипп Парфенов начинает таким образом: возлюбленный имярек и далее пробует хитро и ненавязчиво свое парижское богословие излагать, которое к Православию имеет весьма посредственное отношение. Этакий апостол вселенской любви. Поскольку господин Парфенов еще молод, то свои взгляды на существо веры он предпочитает прятать за спинами широко известных в узких кругах священников-обновленцев: покойного отца Александра Меня, еретика и драчуна отца Георгия Кочеткова и выученика Меня отца Георгия Чистякова. Что касается последнего, то это просто какая-то Новодворская в рясе, а не православный священник. Его демократические высказывания уже стали притчей во языцех среди московских православных, следящих за перипетиями церковной жизни столицы. Так, например, о. Георгий утверждал, что преподобный Сергий Радонежский был церковный диссидент и обновленец, папа Иоанн Павел ІІ — великий старец, подобный Силуану Афонскому и Амвросию Оптинскому, а святые отцы учившие, подобно Киприану Карфагентскому, что вне Православной Церки нет спасения, кажутся ему злобесными коммунистами: «Когда мы заявляем, что Православие — единственно верный путь, то мы являемся учениками Суслова, Жданова, Андропова». Святой Киприан в роли ученика Суслова, Жданова и Андропова. Каков однако живописный образ!
Вышеприведенные рассуждения отца Георгия не отражают полноты экуменического богословствования; его учение широковещательно, всеобъемлюще, и, безусловно, обогащает вероучительные понятия христианства. Главный догмат, открытый Чистяковым, заключается в устройстве дверей Православной и Кафолической Церкви. Они должны быть лишены замков, запоров, защелок и задвижек. «Храмы без замков — это символ Православия 21-го века!» — заявляет о. Георгий. Второй, не менее важный догмат, который нераздельно и не слиянно связан с первым: окна в церкви не должны быть забраны решетками; третий догмат — никаких сигнализаций и охраны в храме.
Сии догматы универсальны. Общество не знает, как бороться с преступностью, а отец Георгий знает! Откройте все окна и двери, уберите из дома все предметы, способные нанести ворам какой-нибудь вред, и они мигом переведутся, умрут от стыда (впрочем, некоторые полагают от смеха). Все это, конечно, идеализм; в реальной действительности все выглядит несколько иначе. На на дверях храма Косьмы и Дамиана, в котором служит о. Георгий, висит такой огромный амбарный замок, что один его вид приведет в содрогание самого смелого грабителя, решетки поражают воображение, а храм снабжен прекрасной цифровой сигнализацией (как говорят подаренной самим «святым отцом» — папой Иоанном Павлом 2-ым).
Кроме того, отец Георгий яростный поборник демократии. Во времена правления Бориса Ельцина он активно призывал голосовать за Гайдара и Чубайса, «распустить государственную Думу в своем сознании», а когда преступный режим расстрелял Парламент, утверждал, вопреки крови, вопяющей к небу, что никаких убитых вообще не было: «Мы проверяли, никаких жертв не было». Надо сказать, что отче Филипп, ничтоже сумяшеся, заявляет, что в проповедях Свиридова, Чистякова, Кочеткова и других немногочисленных священников-экуменистов «никогда политика не затрагивалась, и обличать-то они как раз не любят». Это весьма беспардонная ложь, все эти священники под руководством ныне покойной Ирины Алексеевны Иловайской, штатного сотрудника ЦРУ, активно занимались политикой, всеми силами стремясь выбить Россию из православной традиции: руссифицировать богослужение, перейти на григорианский календарь, разрушить иконостасы и так далее… Но кто отец лжи пусть ответит нам священник Филипп Парфенов.
Что касается отца Георгия Кочеткова, то его деятельность и «богословие» разбирала авторитетеная комиссия православных священников, которая «пришла к выводу, что опубликованные священником Георгием Кочетковым работы содержат целый рад заблуждений догматического, литургического и канонического характера и адекватно отражают суть его вероучительной деятельности». Вывод комиссии таков: «В своем учении священник Георгий Кочетков отступает от Православия, так как его вероучительная система не соответствует догматическому учению Православной Церкви, утвержденному Вселенскими Соборами и заключенному в форму, смысл и содержание Никео-Цареградского Символа веры. Священник Георгий Кочетков отступает не только от Святого Православия, но и от учения большинства других христианских конфессий, в которых Христос признается Сыном Божиим, воплотившимся от Пречистой Девы Марии и ставшим Человеком, тогда как у священника Георгия Кочеткова человек Иисус из Назарета становится Сыном Божиим по усыновлению. Непризнание Господа нашего Иисуса Христа Сыном Божиим, «Единосущным Отцу», а Святого Духа Господом, Лицом Святой Троицы, Единосущной и Нераздельной, также делает вероучение свящ. Георгия Кочеткова неправославным. Председатель комиссии протоиерей Сергий Правдолюбов, магистр богословия, профессор Московской Духовной академии, заведующий кафедрой литургического богословия Православного Свято-Тихоновского богословского института. Члены комиссии: протоиерей Максим Козлов, кандидат богословия, доцент Московской Духовной академии». Что касается пастырского служения отца Георгия, то она слишком известна, чтобы ее повторять. Так вот спросим последователей Кочеткова, за что принесли покаяние отец Георгий и группа алтарников, избивших отца Михаила Дубовицкого? Если они покаялись в несодеянном, страха ради иудейска, то они согрешили, если в содеянном, значит они сделали все то, в чем их обвиняли.
Но! отцу Филиппу до таких пустяков дела нет. Для него Кочетков и Чистяков – реформаторы православия и он не мытьем, так катанием старается всюду просунуть ересь этих злобесных обновленцев. Таков смысл всех его статей и реплик, размещенных на сайте диакона Андрея Кураева. Вот характерный образчик этой экуменической пропаганды: разместил отче Парфенов статью о некоем миссионере отце Спиридоне со своими комментариями, как, мол, свят этот самый отец Спиридон. При ближайшем рассмотрении — типичные обновленческие бредни. Этот самый отец Спиридон вступает в полемику с буддийским ламой. Причем, доминанта полемик против христианства переносится в сферу нравственности и морали. Лама говорят, что «христианская религия, конечно, самая высокая и универсальная. В ней нет ничего чисто человеческого или искусственно созданного, что бы шло от людей, она чиста, как Божественная мысль. Но посмотрите сами без предвзятости: живет ли мир по учению Христову? Христос проповедовал любовь к Богу и ближнему, мир, кротость, смирение, всеобщее прощение. Он повелел воздавать добром за зло, не собирать сокровищ, не только не убивать, но и не впадать во гнев, хранить святость брака, любить Бога более, чем своего отца, мать, сына, дочь, жену и даже самого себя. Таков был Христос, но не таковы вы, христиане. Вы живете между собой, как дикие звери. Вам должно быть стыдно говорить о Христе, когда с ваших уст стекает кровь». Вот где она мерзость скрывается. Нам стараются навязать мысль, что истины христианства бессильны, что они не подвигают, в отличие от буддизма, к святой жизни. Отсюда обновленческий вывод: надо менять традиции в Церкви Христовой, которые препятствуют экзистенциальному воплощению истины. Все тоже самое: руссификация богослужения, григорианский календарь, устранение иконостаса, старые прыжки и гримасы обновленческой ереси. «Обновление» — вот то нужное слово, ради которого и была затеяна вся эта гнусная история с отроком Спиридоном. «Обновление» им нужно, а не Церковь Христова, разрушение догматов, а не истина. Вот поэтому «авва» Спиридон и говорит еретические словеса о возможности спасения в иных конфессиях: «если у отца два любимых сына, один из которых слепой, неужели он отвергнет слепого?» Не таково учение Церкви, и отец Филипп это прекрасно знает, но ломит свое, парижское, еретическое. Ради этого и помещены слова бывшего сектанта отпавшего от Православия: «По-моему, еретики сегодня наиболее активно ищут Бога. Они хотят жить своим личным опытом и углубиться всем сердцем в жизнь христианскую. Верно, что у них нет ни Евхаристиии, ни священства. Но, положа руку на сердце, не правда ли, что православные, несмотря на Евхаристию и легитимность их священства, ведут религиозную жизнь несравнимо низшую по отношению к еретикам? Еретики сильно удалились от православной Церкви, но, по крайней мере, не уклоняются же они в язычество, не выходят из лона христианства. Православные, наоборот, почти все отпали, кто в спиритизм, кто в теософию, кто в материализм, вульгарный или «научный», и христианство на них наводит скуку. Чтение Евангелия священником в церкви заставляет их зевать, и в момент проповеди все выходят. Где бы вы ни посмотрели, отец мой, вы можете только пожать плечами от безнадежности. Если там находится кто-нибудь, кто желает спастись со всей решимостью и жить по учению Христа, ему не препятствуют, но Церковь для него остается слабым прибежищем, ибо она не предлагает ему живых примеров. »
Обновленцы хотят попрать то, что сложилось веками, выбить Православие из традиции, сломать церковную ограду, открыть врата Церкви инославным, язычникам, сектантам, превратить церковное устройство из монархического в демократический шабаш. За этими призывами к вселенской любви скрывается ненависть к Православию, под этими овчими шкурами скрываются волки хищные, стремящиеся разорить стадо христово. Что уж там говорить об их духовном отце Александре Мене. В другом месте я отчетливо показал, что отец Александр Мень считал смерть универсальным принципом вселенной вопреки словам апостола Павла: «Грехом одного человека вошла смерть в мир». «как одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть, так и смерть перешла на всех человеков, потому что в нем все согрешили». Рим.5.12. Взгляды отца Александра на грехопадение, безусловно, разнятся со святоотеческим учением. Он утверждал, что смерть и страдание всегда были в мире, а не появились в нем грехопадением Адама и Евы. Считать таким образом, — учил отец Александр, — «значит усматривать в двух индивидах столь огромную силу, что из-за них изменилось положение вещей не только на целой планете, но и во всей вселенной». Подобные рассуждения гораздо ближе к гностицизму, чем к христианству. Для отца Александра смерть не есть результат грехопадения, но изначальный и универсальный закон природы. «Погибают живые существа, распадается материя, энергия обесценивается, и тень слепого и темного хаоса витает над Вселенной». И далее: «Можно ли после этого говорить о том, что смерть в природу внес один человек?» Согласно отцу Александру, в сотворении мира участвовал некий «богоборческий Хаос», «тварь, противящаяся божественным предначертаниям, стремящаяся нарушить строй мироздания», а Адам не есть отдельная личность, но «целокупная душа человечества,… — множество, заключенное в единстве», некая аллегория, далекая от буквального толкования.
Но с отца Филиппа все как с гуся вода. Для него слова Св. Писания не авторитет, только собственное мудрствование, которое отлично от учения Православной Церкви, для него и есть единственный авторитет. «Будем брать у отцов Церкви хорошее и отбрасывать плохое», — утверждает отче Филипп, а что хорошее и что плохое святые отцы Кочетков, Чистяков и примкнувший к ним Парфенов всенепременно определят, камня на камне не оставят, вот в этом можно нисколько не сомневаться.

Читать еще:  Разноцветные свечи в магии для чего. Свечная магия: чем она поможет

Запись на стене

Свящ. Филипп Парфенов. Торжество и нищета православия. — М.: Волшебный фонарь, 2013. — 304 с.

Священник Филипп Парфёнов родился в 1967 году в Москве. Окончил биологический факультет МГУ (1991) и Православный Свято-Тихоновский богословский институт (1996). Рукоположен в 1997 г. Служил в Забайкальском крае (г.Чита, 1997-2001) и во Франции (Трехвсятительский храм Московского Патриархата, 2002-2005). В настоящее время за штатом. Живет в Москве.
В книгу вошли сочинения разных лет, сгруппированные по двум разделам: «Библейские крохотки» и «Богословская публицистика». Название первой части отсылает к солженицынскому опыту рассказов-миниатюр: о. Филипп кратко фиксирует свои мысли по поводу библейских отрывков или одной фразы. В этой части условно акцентировано «торжество», а во второй – все остальное: по словам автора, «это откровенный разговор о болезненных точках церковной жизни, которые возникли не вчера, а сопровождают нашу церковную историю на протяжении многих десятилетий». Представление о публицистическом разделе могут дать названия статей: «Такое разное православие… или Сколько вер в РПЦ?», «Охранительство и свобода», «Анатомия властолюбия и любоначалия», «Об охотниках за благодатью», «Крест как безумие» и т.д.

Оглавление
Ч.1. Библейские крохотки
Библия и иконопись
Торг Авраама с Богом
Уроки пророка Илии
Пророк Иеремия: одна деталь
«Нет ничего нового под солнцем. » – «Се, творю все новое!»
Интересные детали родословной Спасителя
Краткий комментарий к Новому Завету
Немного о юморе и иронии в Евангелии
Об истине и свободе
О поклонении в духе и истине
«Это Я, не бойтесь»
«Чему уподобим Царствие Божие?»
«Царствие Божие внутрь вас есть»
Не мы служим Богу, а Бог служит нам
Пример милосердного самарянина: теория и практика
О Лазаре-бомже и о бесчувственном богаче
10000 талантов и 100 динариев
«Все возможно Богу. » Что это значит?
«Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?»
Пшеница и плевелы
«Маленький принц» как иллюстрация к евангельской притче о Сеятеле
Родовые схватки для жизни вечной
«Верою ходим, а не видением. »
Бог — спаситель всех людей, особенно верных
Некоторые штрихи к портрету блудного сына. и его старшего брата
О новом вине и ветхих мехах
О Савлах и Павлах в нашей жизни: некоторые размышления
Христос вознесся, и небо сошло на землю
Мысли на день Пятидесятницы: о вавилонском рассеянии христиан и будущем сборе урожая

Читать еще:  Возникновение науки. Наука в доисторическом обществе и Древнем мире

Ч.2. Богословская публицистика
Охранительство и свобода
Трудности катехизации перед крещением
«Люблю Отчизну я, но странною любовью. »
Если ересь — грех, то любой грех есть ересь
Такое разное православие. такие разные православные. Или: Сколько вер в РПЦ?
Торжество и нищета православия
О христианском равновесии
«Не осуждайте, и не будете осуждены. »
Анатомия властолюбия и любоначалия
Эсхатологический этюд
«Батюшка, это грех? Не грех. »
Об охотниках за благодатью
Голубь или ворона?
«Существует ли «частичная благодать?»
Непротивление или сопротивление? Посильные соображения
Этюд о богооставленности
Бессмертие души или воскресение мертвых?
Проблема объективации духа и его реализации
Христианство веры и христианство воли: конфликт или сотрудничество?
Христианская жизнь как сверхприродная. Многие ли могут её вместить?
Кое-что о власти, своеволии и безволии
Крест как безумие

Источники:

http://antimodern.ru/parable/
http://makashenec.livejournal.com/828912.html
http://vk.com/wall-105601016_728

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector