Вопрос развития догматов. Догматического развития теория

Содержание

Вопрос2. Развитие догматической науки.

Ответы на вопросы к зачёту по догматическому богословию.

Вопрос 1.а) Понятие о догматах. б) Свойства догматов. в) Догматы и богословские мнения. г) Ереси – причины появления догматов. д) Назначение догматов.

А) Понятие о догматах.

Православное догматическое богословие – наука, в систематическом порядке раскрывающая содержание основных христианских вероучительных истин (догматов), принимаемых всей полнотой Православной Церкви.

Термин «догмат» (греч. τὸ δόγμα, множественное число τὰ δόγματα) происходит от греческого глагола δοκέω (думать, считать, полагать). Этот термин имеет дохристианскую историю. В античной философии им обозначались аксиомы (постулаты), не требующие доказательств, лежащие в основе той или иной системы.

В посланиях ап. Павла (см.: Кол.2:14; Еф.2:15) данный термин употреблен либо для обозначения постановлений закона Моисея, либо для обозначения христианского учения во всей полноте.

Свят. Кирилл Иерусалимский, свят. Григорий Нисский, свят. Иоанн Златоуст,все они называли в Откровении догматом только то, что относится к области веры, а не нравственности. Таким образом, термин «догмат» закрепляется за истинами вероучительными.

В дальнейшем объем этого понятия был еще более сужен, и в последующие века под догматами стали понимать преимущественно те вероучительные истины, которые обсуждались на Вселенских соборах и Вселенскими же соборами утверждались.

Б) Свойства догматов.

Теологичность (вероучительность)

Первое свойство догматов (свойство по содержанию) – это теологичность, «вероучительность». Оно означает, что догмат содержит в себе учение о Боге и Его домостроительстве: главный предмет, о котором говорит нам догмат, – это Бог.

2. Богооткровенность.

Еще одним свойством догматов является богооткровенность (свойство догматов по их Источнику). Это свойство означает, что догмат не есть плод деятельности естественного человеческого разума, но результат Божественного Откровения.

Церковность.

Церковность есть свойство догматов по способу их существования. Оно означает, что только Вселенская Церковь на своих Соборах может признать за той или иной истиной веры догматический авторитет и значение.

4. Общеобязательность (законообязательность)

Это свойство характеризует отношение христианина к догматам и их содержанию.

Признание истинности догматов есть элемент церковной дисциплины и является условием принадлежности к Церкви.

Рассмотрев свойства догматов, можно дать определение этого понятия. Догмат – это теологическая, богооткровенная истина, формулируемая и преподаваемая Церковью как непререкаемое и обязательное для всех верующих правило веры.

В) Догматы и богословские мнения.

Богословское мнение – это суждение по вероучительным вопросам, высказанное богословом, группой богословов или каким-либо церковным органом (в том числе Собором), не получившее общецерковного признания. Если догматы являются безусловно истинными, то истинность и значение богословских мнений условны и относительны.

Г) Ереси – причины появления догматов.

Возникновение ересей начинается, как правило, с отделения некоторой группы лиц от кафолической церковной традиции и противопоставления догматическому Преданию Церкви какого-нибудь частного богословского мнения, которое вырывается из общего догматического контекста и абсолютизируется 52 . По своей сути ересь всегда есть предпочтение части истины целостному церковному учению.

Как правило, ересь связана с рационалистическим подходом к данным Божественного Откровения, со злоупотреблением философскими средствами при решении богословских задач, с подменой опытного знания Бога знанием о Боге, с забвением той истины, что «догматы Церкви часто представляются нашему рассудку антиномиями, которые тем неразрешимее, чем возвышеннее тайна, которую они выражают» 53 . Поэтому задача богословия «состоит не в устранении антиномии путем приспособления догмата к нашему пониманию, но в изменении нашего ума для того, чтобы мы могли прийти к созерцанию богооткрывающейся реальности, восходя к Богу и соединяясь с Ним в большей или меньшей степени» 54 .

Следует отметить, что ересь редко бывает результатом чисто теоретического заблуждения, обычно изобретение ересей и приверженность еретическим учениям является выражением некоторого искажения духовной жизни, подверженности греховным страстям. Климент Александрийский указывает, что еретикам присущи такие греховные качества, как гордость, самолюбие, самонадеянность, лукавство и т. п. 55 , что собственно, и становится для еретиков причиной сознательного противопоставления себя Церкви.

После того как то или иное ложное учение соборно осуждается Церковью как еретическое, все продолжающие упорствовать в нем рассматриваются Церковью как еретики и подлежат отлучению.

По словам В. Н. Лосского, «догмат – это некое средство, некое разумное орудие, дающее нам возможность участвовать в Предании Церкви, некий свидетель Предания, его внешняя грань или, вернее, те узкие врата, которые в свете Предания ведут к познанию Истины» 70 .

Д) Назначение догматов.

Цель догматов – защитить церковное учение от еретических искажений.

Церковь защищает чистоту своего учения. Догматы, выраженные в богословских формулах, – это границы, установленные Церковью для человеческого разума, чтобы тот не уклонялся от правильного богопочитания. Это пределы, отделяющие истину от еретических искажений и показывающие человеческому уму, как он должен правильно мыслить о Боге.

Согласно В. Н. Лосскому, «богословские системы. можно рассматривать в их самом непосредственном отношении с жизненной целью, достижению которой они должны. способствовать, иначе говоря, способствовать соединению с Богом».

Вопрос2. Развитие догматической науки.

А) Полнота новозаветного Откровения и развитие догматической науки. Б) Теория «догматического развития». В) Православный взгляд на развитие догматической науки.

А) Полнота новозаветного Откровения и развитие догматической науки.

Божественное Откровение есть «то, что Сам Бог открыл человекам, чтобы они могли право и спасительно веровать в Него и достойно чтить Его».

В Новом Завете мы имеем завершение и исполнение ветхозаветного Откровения в лице Господа Иисуса Христа. Апостол Павел так и начинает свое Послание к Евреям: Бог, многократно и многообразно говоривший издревле отцам в пророках, в последние дни сии говорил нам в Сыне (Евр.1:1–2), т. е. Христос открыл людям все необходимое для спасения.

Во Христе мы имеем завершение и полноту Откровения, потому что Христос – это не просто тот, кто что-то знает о Боге, а Сам Бог. Здесь уже не люди свидетельствуют о своем опыте, а Сам Бог открывает человеку истину о Себе.

Читать еще:  Евангелие от иоанна гл 3. Большая христианская библиотека

Священное Писание прямо говорит, что Господь Иисус Христос открыл Церкви всю полноту истины, по крайней мере ту полноту, которую человек способен вместить.

Вся полнота богооткровенной истины сохраняется в Христовой Церкви. Сщмч. Ириней Лионский говорит: «Апостолы, как богач в сокровищницу, вполне положили в Церковь все, что относится к истине, и вверили ее епископам» 81 . В Священном Писании также отмечается, что апостолы возвестили Церкви всю волю Божию (Деян.20:27).

Именно в силу полноты новозаветного Откровения, которое подтверждается тождественностью опыта святых всех эпох и всех народов, никаких новых откровений, вероучительных истин, новых заветов быть не может.

Б) Теория «догматического развития».

Так называемая теория «догматического развития», получила широкое распространение в западном богословии, начиная с середины XIX в, автором которой является католический богослов кардинал Джон Генри Ньюмен (1801–1890 гг.). Суть этой теории состоит в том, что, хотя Церковь и обладает полнотой богооткровенной истины, тем не менее для соборного сознания Церкви эта истина является сокрытой или, по крайней мере, очень неявно ощущаемой и переживаемой, до тех пор пока богословская мысль не достигнет определенного развития и не сделает это сокровенное знание явным для соборного церковного сознания.

Фактически из его теории «продолжающегося Откровения» следовало, что через выявление и формулирование новых догматов в Церкви возможно появление совершенно нового знания о вероучительных истинах 82 .

Теория эта очень удобна для западных христиан, поскольку легко позволяет оправдать произвольные догматические нововведения как Римо-Католической церкви, так и протестантских конфессий. С одной стороны, эта теория кажется довольно логичной, но с другой – она ведет к парадоксальным выводам. В таком случае придется, например, признать, что Церковь времен апостолов и даже сами святые апостолы знали о Боге несравненно меньше, чем любой современный христианин, прослушавший курс догматики. Естественно, что с таким пониманием проблемы согласиться нельзя. Однако очевидно, что догматическая наука действительно развивается. Но в каком смысле?

В) Православный взгляд на развитие догматической науки.

Развитие догматической науки есть все более точное выражение в слове познанной Истины. Истина уже раз и навсегда открыта нам Иисусом Христом, она дана в Откровении, но ее все более и более точное выражение в слове и есть собственно работа богослова. Другими словами, можно говорить не о развитии церковного сознания, а только о совершенствовании способов выражения этого сознания.

Прот. Георгий Флоровский пишет об этом так: «Догмат ни в какой мере не есть новое Откровение. Догмат есть только свидетельство. Весь смысл догматических определений в том, чтобы свидетельствовать о неизменной истине, от начала явленной и хранимой» 83 . По словам архиеп. Сильвестра (Малеванского), Церковь сообщает богооткровенным вероучительным истинам формулировки, «не расширяя их круга и не изменяя их внутреннего существа и духа» 84 .

Церковь лишь формулирует догматы, придает им словесную форму, облекая истины Откровения в точные формулировки, которые не допускают произвольных интерпретаций. Так, с самого начала своего существования Церковь не сомневалась, что Бог един по существу и троичен в Лицах. Однако ключевые термины, которые позволили словесно выразить это несомненное убеждение Церкви, закрепились только в IV в. (термины «ипостась», «сущность», «единосущие»). Или: Церковь никогда не сомневалась, что Иисус Христос есть истинный Бог и истинный Человек. Но только в V столетии, когда возникли острые христологические споры, Церковь сформулировала христологический догмат и предложила термины, которые позволяют нам правильно мыслить образ ипостасного соединения во Христе двух природ.

Преп. Викентий Лиринский так говорит об этой деятельности церковных богословов: «Украшать, улучшать, усовершать с течением времени древние догматы небесного любомудрия позволительно; но изменять, уродовать, искажать их непозволительно. Пусть их истолковывают, поясняют, точнее определяют: это позволительно, но их полнота, цельность, качество должны оставаться неизменными. Церковь же Христова, рачительная и осторожная блюстительница вверенных ей догматов, никогда в них ничего не изменяет, ничего от них не убавляет, ничего к ним не прибавляет, необходимого не отсекает, излишнего не прибавляет, своего не теряет, чужого не присвояет, но со всем тщанием заботится единственно о том, чтобы, рассуждая о древнем верно и мудро, если что в старину предначертано и основано, то искусно довершать и отделывать; если что изъяснено уже и истолковано, то укреплять и подтверждать; если что уже подтверждено и определено, то сохранять. Не колеблясь говорю и всегда скажу, что Вселенская Церковь, побуждаемая новизнами еретиков, через решения своих Соборов делала не другое что-нибудь, но именно то, чтобы полученное ею прежде от предков по одному Преданию подкрепить потом для потомков из Писания, заключая большое множество предметов в немногих словах и выражая обыкновенно, для яснейшего разумения, таким или другим новым наименованием неновый символ веры» 85 .

Вопрос 3.

Дата добавления: 2018-08-06 ; просмотров: 295 ; ЗАКАЗАТЬ РАБОТУ

2.2. Теория «догматического развития»

2.2. Теория «догматического развития»

Как в таком случае относиться к появлению догматов? Сам факт, что в Церкви появляются новые догматы, является ли свидетельством появления в Церкви новых вероучительных истин?

В западном богословии, начиная с середины прошлого века получила широкое распространение так называемая «теория догматического развития», автором которой является католический богослов кардинал Ньюман.

Смысл этой теории состоит в следующем: Церковь обладает полнотой богооткровенной истины, но для соборного сознания Церкви эта истина является сокрытой, или, по крайней мере, очень неявно ощущаемой и переживаемой до тех пор, пока богословская мысль не достигнет определенного развития и не сделает это сокровенное знание явным для соборного церковного сознания.

Теория эта очень удобна для западных христиан с той точки зрения, что она легко позволяет оправдать всевозможные произвольные догматические нововведения как Римокатолической Церкви, так и протестантских конфессий.

С одной стороны, эта теория кажется довольно логичной, но, с другой, она ведет к парадоксальным выводам. Скажем, в таком случае нам приходится признать, что Церковь времен апостолов, даже сами святые апостолы знали о Боге несравненно меньше, чем любой современный христианин, прослушавший курс догматики.

Похожие главы из других книг

Задача Догматического Богословия

Задача Догматического Богословия Догматическая работа Церкви всегда была направлена на утверждение в сознании верующих истин веры, от начала исповедуемых Церковью. Она заключается в указании того, какой путь мысли есть следование вселенскому Преданию. Вероучительный

Переход ко Второй Части Догматического Богословия

Переход ко Второй Части Догматического Богословия Когда мысль человека направляется к уразумению жизни Бога в Самом Себе, эта мысль теряется в своей беспомощности и приходит лишь к сознанию неизмеримого и непостижимого величия Божия, бесконечной, непроходимой разницы

1.1. Предмет догматического богословия. Понятие о догматах

1.1. Предмет догматического богословия. Понятие о догматах Православное догматическое богословие есть наука, в систематическом порядке раскрывающая содержание основных христианских вероучительных истин (догматов), принимаемых всей полнотой Православной

Каббала для начинающих том 1 Краткое оглавление · Предисловие · Несколько предварительных замечаний · Написание каббалистических терминов в русской транскрипции · Методика изучения каббалы · Раздел I: Восприятие реальности · Раздел II: Каббалистическая теория развития мира · Раздел III: Схема мирозд

Каббала для начинающих том 1 Краткое оглавление · Предисловие · Несколько предварительных замечаний · Написание каббалистических терминов в русской транскрипции · Методика изучения каббалы · Раздел I: Восприятие реальности · Раздел II: Каббалистическая теория

Читать еще:  Если не снится покойная мама. Приснилась умершая мама к чему этот сон

Часть 1. Эволюционная теория Дарвина и теория креационизма Глава 3. Сравнение теорий Дарвина и креационизма

Часть 1. Эволюционная теория Дарвина и теория креационизма Глава 3. Сравнение теорий Дарвина и креационизма 3.1. Предисловие3.2. Теория Дарвина и креационизм (основные положения)3.3. Сравнительный анализ двух теорий3.4. Выводы3.1. ПредисловиеСовременная астрономия в вопросе

4.Курс «Каббалистическая теория развития мира»

4.Курс «Каббалистическая теория развития мира» Этот курс состоит из двух частей. В первой части дается сравнительная характеристика двух основных концепций сотворения мира: эволюционная теория Дарвина и теория Божественного создания Вселенной. Во второй части

I. Теория интуитивизма (теория непосредственного усмотрения связи основания и следствия)

17.5.2.3. Текучее время в физике: специальная теория относительности, общая теория относительности, квантовая механика и термодинамика

Ковенантная теория (теория заветов)

Ковенантная теория (теория заветов) Другая теория, которая делает акцент на непрерывности в истории спасения — это ковенантная теория. Теологи-ковенанталисты рассматривают всю библейскую историю, как относящуюся к двум заветам: завету дел, до грехопадения, и завету

ПРАВОСЛАВНО–ДОГМАТИЧЕСКОГО БОГОСЛОВИЯ ЧАСТЬ II.

ПРАВОСЛАВНО–ДОГМАТИЧЕСКОГО БОГОСЛОВИЯ ЧАСТЬ II. О БОГЕ–СПАСИТЕЛЕ И ОСОБЕННОМ ОТНОШЕНИИ ЕГО К ЧЕЛОВЕЧЕСКОМУ РОДУ. (?ЕО?ОГІА . ) § 122. Связь с предыдущим, важность предмета, учение о нам Церкви и разделение учения. Доселе мы находились, так сказать, во святилище

§1. Долг православно-догматического Богословия.

§1. Долг православно-догматического Богословия. Православно-догматическое Богословие, понимаемое в смысле науки, должно изложить христианские догматы в систематическом порядке, с возможной полнотой, ясностью и основательностью, и притом не иначе, как по духу

§5. Характер, план и метод православно-догматического Богословия.

§5. Характер, план и метод православно-догматического Богословия. Из понятия о долге, предмете и образцах догматического Богословия определяется и его характер. По форме оно должно быть системой, т.е. должно изложить догматы христианской веры в строгой

§6. Первый период православно-догматического Богословия.

§6. Первый период православно-догматического Богословия. История православно-догматического Богословия представляет три, довольно различные между собою, периода: период первый — со второго века до половины восьмого, от учеников мужей апостольских до святого Иоанна

§7. Второй период православно-догматического Богословия.

§7. Второй период православно-догматического Богословия. Во второй период, обнимающий собой все, так называемые, средние века, явилась с самого его начала первая система православного догматического Богословия, еще несовершенная, но уже имеющая все свойства системы: за

§8. Третий период православно-догматического Богословия.

§8. Третий период православно-догматического Богословия. Так прошли для православно-догматического Богословия средние века, называемые вообще веками темными по состоянию просвещения во всем христианском мире. С конца XV и особенно с начала XVI столетия, вследствие

О догматическом развитии: есть ли оно в Церкви или нет его?

Проблема вся в том, что понимать под знаниями о Боге. Следует уточнить здесь, что знание Бога и знание «о Боге» — далеко не одно и то же. Скорее, первые апостолы познали Самого Христа (и то не сразу при Его земном служении, а после страданий и воскресения более-менее). Они познали Бога, что Он есть любовь, познали в этом смысле Его самого, но всяких теоретических знаний «о Боге» у них было, действительно, гораздо меньше, чем у студентов современных семинарий-академий. У них было практическое знание Бога, а вовсе не теоретическое знание «о Нем». У сегодняшних семинаристов и их преподавателей как раз все до полной противоположности. Но процитируем дальше о. Олега.

Православный взгляд на развитие догматической науки

Естественно, что с такой постановкой вопроса согласиться нельзя. Однако, очевидно, что догматическая наука действительно развивается. Но в каком смысле развивается? Развитие догматической науки есть все более точное выражение в слове познанной Истины. Истина уже раз и навсегда открыта нам Иисусом Христом, она дана в Откровении, и ее все более и более точное выражение в слове и есть собственно работа богослова.
Протоиерей Георгий Флоровский так об этом говорит: «Догмат ни в коем случае не новое откровение. Догмат — это только свидетельство. Весь смысл догматических определений сводится к свидетельствованию непреходящей истины, которая была явлена в Откровении и сохранилась от начала» [10, 185]. То есть Церковь лишь формулирует догматы, придает им словесную форму, облекая мысль Откровения в точные формулировки, которые не допускают произвольных интерпретаций.
Церковь с самого начала своего существования не сомневалась, что Бог — един по существу и троичен в Лицах. Однако ключевой термин, который позволил словесно выразить эту веру, это несомненное убеждение Церкви, появился только в IV веке (термин «единосущие»).
То же самое мы увидим, если рассмотрим христологическое учение Церкви. Церковь никогда не сомневалась, что Христос есть истинный Бог и истинный человек. Но только в V столетии, когда возникли острые христологические споры, Церковь сформулировала христологический догмат и указала те апофатические определения, которые позволяют нам правильно мыслить образ ипостасного соединения во Христе двух природ».

На самом деле нет и не было особого «православного взгляда» на развитие догматической науки в неразделенной Церкви. По крайней мере, изначально не было. Первые века развитие догматики шло весьма интенсивно именно при соприкосновении христианской веры с эллинским образованным миром. И не всегда ровно и безболезненно. Слова «Троица», например, нет в Новом Завете, оно появляется впервые у Феофила Антиохийского (К Автолику II, 15): «Те три дня, которые были прежде создания светил, суть образы Троицы, Бога и Его Слова и Его Премудрости» (под Премудростью здесь подразумевается Святой Дух, как в дальнейшем, например, и у Иринея Лионского (Против ересей IV: 20, 3-4)). Сама Троица рассматривается первыми христианскими апологетами отнюдь не как единосущная и триипостасная, как сложилось уже в эпоху вселенских Соборов, но Сын (Логос) и Дух Святой видятся в подчиненном положении к Отцу. Поэтому утверждение о. Олега «Церковь с самого начала своего существования не сомневалась, что Бог — един по существу и троичен в Лицах» нуждается в обосновании, а обосновать его отнюдь не просто, если вообще представляется возможным. Рассматривая писания св. Иустина мученика, проф. А. Спасский отмечает, что «Здесь апологеты платили дань философии своего времени, в которой Логос, как первый шаг от абсолютного к миру, представляет собой существо низшего порядка, приближающееся к тварям. Так Логос рождается силою, волею или хотением Отца, что сближает происхождение Его с происхождением тварей. Он есть перворожденное дело Божие, служитель Отца всех. Как происшедший от Отца, Он подчинен Ему, есть иной Бог, находится на другой степени, εν δεύτερα χώρα, и имеет Своим Господином Отца. В некоторых случаях Логос изображается апологетами не в такой мере обладающим божескими свойствами, как Отец» («История догматических движений в эпоху Вселенских Соборов», Серг. Посад, 1914, с. 13). То есть, до каппадокийского синтеза было явно далеко. Само слово «ипостась» в Септуагинте или Новом Завете (например, в Евр. 1, 3) означает «сущность», «состав», «основание», то есть совсем не тот смысл, какой вкладывали в него каппадокийцы, заимствуя это значение слова у Аристотеля. И еще Афанасий Великий отождествлял ипостась с сущностью… Тем более нет никаких оснований тогда считать, что сами апостолы или их ближайшие последователи исповедовали Бога-Троицу так, как сейчас про это написано в учебниках по догматике. Значит, как еще назвать это явление в истории христианской Церкви, как не догматическим развитием.

Читать еще:  Что ожидает близнецов в мае. Калейдоскоп счастливых дней

Этому развитию, безусловно, поспособствовало появление в эллинском мире различных толкований одних и тех же евангельских текстов, делавших акцент либо на божественные, либо на человеческие качества Христа. Эти разные понимания впоследствии были восприняты как ереси, — в частности, модализм, полностью отождествлявший Отца и Сына, или монархический динамизм, наоборот, отрицавший божественную природу Христа, рассматриваемого как «высшего человека», исполненного силой Божией, или, наконец, арианство, считавшее Сына и Духа только как высшие по отношению к людям творения, неравные Отцу . В особенности к нему подтолкнуло арианство как наиболее широкое и массовое движение.

Ответ на арианское исповедание дал первый Вселенский Собор, где Христос был впервые исповедан как «единосущный» Отцу. Слово «единосущный» небиблейское, и оно встретило немалое сопротивление со стороны отнюдь не только арианской партии, но большинства епископата вообще, что предопределило фактическую отсрочку общецерковного принятия Никейского Символа Веры на многие десятилетия. В этом слове многими виделся все тот же модализм Савеллия, где Сын отождествлялся с Отцом. Как пишет Спасский о модалистах, «Утверждая, что божество в Сыне и Отце одно, что Христос есть Сам Бог, сошедший на землю, они сохраняли и единобожие и веру во Христа, как совершенного Бога» ( там же, с. 40). Сошлемся еще раз на проф. Спасского:

«В своей первооснове борьба против никейского символа рождалась из чистого источника. Она поднята была не во имя арианства и не ради него. Протестуя против никейских определений, восточные епископы руководствовались возвышенным и достойным их сана мотивом – охранить веру в той неприкосновенности, как она получена от древности, изъять из нее нововведения. Они стояли поэтому не на арианской и вообще не на еретической почве, а на почве консервативной и строго церковной. В своей главной массе они были людьми православными, держались чистых догматических убеждений, только выражали их иными словами, чем никейский символ. Будучи искренно убеждены, что определения никейского собора не соответствуют церковным традициям и ведут к ложным мыслям, и стараясь заменить их новыми, более лучшими формулами, реакционеры, однако, не порицали и не осуждали самого собора; они с уважением относились к тем его постановлениям, которые касались области церковного благоустройства» («История догматических движений…», с. 244).
Но то же самое несколькими веками позже происходило и в случае иконоборчества! Поскольку иконоборцы именно вследствие чисто охранительных, консервативных побуждений (помимо чисто политических моментов и прямого вмешательства императорской власти в споры об иконах) сопротивлялись почитанию икон как нежелательному нововведению, не имеющему библейского основания (вдобавок видя различные народные проявления неумеренного благочестия в виде явной иконолатрии, какие можно видеть и в настоящее время).

Православные догматисты часто любят ссылаться на св. Викентия Леринского (Лиринского) по поводу критерия истинности церковного исповедания:
в церковном Предании следует придерживаться «того, чему верили повсюду, всегда и все» (quod ubique, quod semper, quod ab omnibus creditum est). «Но это будет наконец тогда, — продолжает Викентий, — когда мы последуем всеобщности, древности, согласию; а всеобщности последуем мы тогда, когда признаем истинною ту только веру, которую исповедует вся по Земному Шару Церковь; а древности — тогда, когда никак не отступим от тех мыслей, которые, несомненно, одобрены святыми предками и отцами нашими; а согласию — тогда, когда в самой древности последуем определениям и мыслям всех или по крайней мере большинства священников и вместе учителей» («Памятные записки о древности и всеобщности кафолической веры против непотребных новизн всех еретиков»). Но этот критерий Викентия, например, никак не подойдет к вышеупомянутому каппадокийскому синтезу, как не подойдет он к иконопочитанию, к позднейшему возвеличиванию в церковных молитвах Богоматери и т.д.

«Христос вчера, сегодня и вовеки тот же» (Евр. 13, 8 ). Церковь, наоборот, развивается, и это развитие идет количественно, структурно, и в том числе вероучительно (догматически). Можно дискутировать до бесконечности, та же современная православная Церковь, что была в Пятидесятницу или не та же. Росток дуба, только вылупившийся из-под земли в виде травинки, и тот же дуб столетия спустя – тот же или не тот же? Человек-младенец и он же 80 лет спустя как старик – тот же или нет? В другом учебнике по догматике, архим. Алипия Кастальского-Бороздина, приводится по этому поводу цитата из Викентия Лиринского:
«Развитие догматической науки святой Викентий Лиринский сравнивает с развитием человеческого организма: «Религия — дело души, пусть уподобляется в этом отношении телу, — говорит он. — С приращением лет тела раскрывают и развивают члены свои, однако остаются теми же, чем были. Цветущая пора детства, зрелый возраст и старческий между собой весьма различны, однако стариками делаются те же самые, которые были прежде детьми, так что хотя рост и наружность одного и того же человека изменяются, тем не менее, природа его остается одна и та же. Такому закону преуспеяния должно следовать и догматическое учение христианской религии. Пусть оно с годами укрепляется, со временем расширяется, с веком возвышается, но остается нерушимым и неповрежденным, целым и совершенным, без всякой утраты в своем содержании, без всякого изменения своих определений».
http://apologia.narod.ru/basis/bogoslovie/alipiy_isaija/alipiy_i_3.htm

Однако здесь мы имеем дело с тождественностью нумерической, но не тождественностью фактической, по содержанию. В остальном имеет место развитие, совершенно неизбежное, притом все-таки с частичным изменением определений в догматике, как это случалось неоднократно. Притом, развиваясь, личность может производить и переоценки прежних взглядов, а от некоторых даже отказываться, и все это верно также для Церкви. Скажем так: есть, безусловно, неизменное ядро в вероучении церковном, как есть и оболочка его, т.е. то, что неоднократно подвергалось изменениям. И интересно то, что подвергавшееся изменениям порождало неизбежно разные оценки или даже разделения среди христиан, а по отношению к ядру они все остаются едиными! А ядро – это исповедание богочеловечества Христа и Святой Троицы в общем его характере, без углубления в частные уточняющие формулировки о взаимоотношении Лиц или взаимодействии двух природ. В этом едины и православные, и дохалкидониты, и католики, и большинство протестантов.

Возможно, многие православные богословы предпочитали отказываться от слова «развитие» потому, что развитие само по себе может привести и к уклонениям, и к искажениям, и к добавлениям новых лишних утверждений без необходимости, как это было в случае некоторых позднейших догматов в католицизме. Это всегда было вероятно, во все времена, и есть здесь элемент творческого дерзновения (иногда и еретического) и непредсказуемости. Для Духа, как известно, нет объективных критериев, вне самого Духа положенных. Только рецепция временем, и то не всегда и часто вовсе не скоро, может расставлять впоследствии всё на свои места. А в некоторых случаях среди христиан разномыслия устойчиво пребывают веками.

Источники:

http://studopedia.net/7_60247_vopros-razvitie-dogmaticheskoy-nauki.html
http://religion.wikireading.ru/184626
http://pretre-philippe.livejournal.com/172109.html

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector