Ошо: Будда-хулиган, который «никогда не рождался и никогда не умирал. Бхагаван раджниш — будда однажды сказал

Ошо: Будда-хулиган, который «никогда не рождался и никогда не умирал. Бхагаван раджниш — будда однажды сказал

  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 587 639
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 544 986

Ошо: Будда-хулиган, который «никогда не рождался и никогда не умирал»

Люди ищут истину, и она приходит к ним самыми разными путями, в самом разном обличье. Дух странствует среди людей, но лишь избранные способны достичь тех высот, где истина обращается в слово.

Странники духа — люди, чьи судьбы становятся притчами о путешествии в поисках ответов на вечные вопросы: добра и зла, радости и горя, жизни и смерти. Учителя, мудрецы, святые и пророки — их жизнь, их открытия и прозрения приобщают нас к высоте человеческой мысли и духовного знания.

В книгах серии «Странники духа» послания духовных наставников человечества для людей третьего тысячелетия: новый смысл в новом времени.

Моя религия может стать последней религией… Отбросьте всякую философию, в том числе и мою…

Апостол истины или Пророк истины?

В поиске учителя

Интерес к опыту и судьбам мистиков в любые времена не был случайным. Потому что мистик — это человек, деяния которого напоминают нам о нашей свободе. Он знает нечто такое, о чем мы догадываемся смутно, отчасти или вовсе догадываться не смеем. А если и смеем, то не знаем, что с этим делать. Мистик знает. И поэтому нам чертовски интересно, что же там у него из всего этого получилось.

Чтобы приблизить себя к его знанию, мы интересуемся, изучаем, пытаемся понять. Напрасно. Мистика нельзя понять. Можно лишь войти в его знание. А там уж решать: уйти или остаться. Можно присесть рядом, разделить существование. Пережить. Но понять — невозможно.

Ма Прем Шуньо в своей книге «Алмазные дни с Ошо» вспоминала, как Мастер рассказал однажды такую притчу.

«Дровосек ходил в лес каждый день. Иногда он возвращался голодным, потому что шел дождь, иногда было слишком жарко, иногда слишком холодно. В лесу жил мистик. Он видел, что дровосек стареет, начинает болеть и возвращается голодным. И он сказал: „Послушай, а почему бы тебе не зайти подальше в лес?“ Дровосек ответил: „Ну, и что ждет меня там, дальше? Больше деревьев? Стоит ли без необходимости тащить дрова несколько миль?“ Мистик сказал: „Нет. Если ты зайдешь немного дальше, ты обнаружишь медный рудник… Тебе не придется каждый день рубить дрова“. Человек подумал: почему бы и в самом деле не попробовать? Он зашел дальше и нашел рудник. Он был так счастлив. Он возвратился и упал в ноги мистику. „Тебе нужно зайти еще дальше в лес“. — „Но зачем? Теперь мне хватит еды на семь дней“. Мистик сказал: „И все же… Ты иди. Ты, конечно, потеряешь медный рудник, но там есть рудник серебряный. И того, что ты принесешь, хватит на три месяца“.

Дровосек пошел дальше и нашел серебряный рудник. Он пришел, танцуя от радости, и сказал: „Как мне отблагодарить тебя? Моя благодарность безгранична“. Мистик сказал: „Чуть дальше есть золотой рудник“. Дровосек заколебался. Ведь он был очень бедный человек, а теперь, имея серебряный рудник… да он никогда и не мечтал об этом. Но раз мистик говорит, кто знает? Может быть, и в данном случае он прав… И дровосек нашел золотой рудник… Но мистик сказал: „Я становлюсь стар, может быть, меня не будет здесь, когда ты придешь в следующий раз. Я покину этот мир… Не останавливайся на золотом руднике. Чуть-чуть подальше…“ Но дровосек возразил с жаром: „Зачем? Ты показываешь мне что-то одно, и в тот самый момент, когда я получаю это, ты велишь мне бросить найденное и идти вперед!“ Мистик сказал в ответ: „Но совсем недалеко есть алмазный рудник…“ Дровосек шел целый день и нашел в конце концов алмазные копи. Он набрал множество бриллиантов и сказал: „Этого мне хватит на всю жизнь“. Но мистик заметил: „Может быть, мы и не встретимся больше, так вот тебе мои последние слова: теперь тебе хватит богатства на всю жизнь. Ступай вовнутрь! Забудь лес, медный рудник, серебряный рудник, золотой рудник, алмазный рудник. Теперь я открою тебе последнюю тайну — единственное сокровище находится внутри тебя. Все твои внешние нужды удовлетворены. Садись рядом так же, как сижу я“. Дровосек заметил: „Меня давно уж удивляло… Вот ты знаешь про все те рудники и продолжаешь сидеть здесь? Почему ты не соберешь алмазы, которые лежат там? Ведь только ты знаешь про них. Почему ты продолжаешь сидеть здесь, под деревом?“ И мистик ответил: „Когда я нашел алмазы, мой мастер сказал мне: теперь садись под деревом и ступай вовнутрь“».

Кто из нас может всерьез похвастаться, что всегда присутствует в пределах своего внутреннего дома? Нас там почти никогда не бывает. Мы или на задворках — в сарае хлам прошлого разгребаем, либо уже поскакали в местный лабаз: «А чего новенького?» Будущее, стало быть, обеспечиваем. Мы вечно носимся от прошлого к будущему и обратно, и нас никогда нет дома. Мы туда приходим только спать. Сны, разумеется, забываем. При жизни собственной присутствовать как-то тоже забываем: некогда. Мы по большей части в думах о прошлом или в мечтах о будущем. И только изредка мы посещаем настоящее — самих себя, свой внутренний дом.

Мистик — это тот, кто всегда дома. Внутри своего существа. В самой его глубине. Оттуда он смотрит на мир, оттуда говорит с нами. В его текучем мире переживаний нет времени и холодного рассудка, нет честолюбивых помыслов и чувства соперничества. Условности не работают. Рамки отметаются. Мир мистика нельзя понять, потому что его нечем измерить. И поэтому растерявшиеся современники при жизни считают этих людей эксцентричными или сумасшедшими, а после их смерти дают им невинное звание философов. Особо пугливые предпочитают безопасности ради примирить «неудобных» мистиков с действительностью, превращая их в легенды или задвигая на пьедесталы. Так вернее. Во всяком случае, воспринимать легенду намного проще и приятнее, чем иметь дело с реальным живым человеком из плоти и крови, к тому же позволяющим себе роскошь не принимать всерьез бессмысленность нашей повседневной жизни.

В мистиках нас привлекает их незаурядность. Она же и отпугивает. Они неизбежно несут в себе тот бунт, на который мало кто из нас решается. И даже самые благонамеренные последователи избегают открытого протеста, предпочитая ограничиваться соблюдением «дозволенной» символики.

Читать еще:  Можно ли есть 7 апреля. История и значение праздника

В 1999 году ставшее на тот момент моей природой одиночество и безуспешные поиски истинного учителя привели меня в немецкий Центр медитаций Ошо-Маниша.

Наблюдаю за «немецкими коммунарами»: они трудятся, приветливы. Все, как один, подражают Ошо и в своем стремлении походить на него до смешного от него отдаляются. Как-то очень скоро стало ясно, что добрая часть людей, «искренне любящих» Ошо, даже и не подозревают, что на самом деле Ошо для них враг, поскольку они по-прежнему всеми силами цепляются за ту жизнь, которую он способен разрушить даже после своей смерти. Удивительно, но факт: совершенно неосознанно они искали на него компромат. Он должен был стать похожим на них! Они «подгоняли» Ошо под свое понимание о нем, делая его удобным и безопасным.

С грустью я замечала, что в этом лубочном Ошо сам Мастер отсутствует, что Ошо-движению без самого Ошо присущи неизбежные превращения, постигшие ранее христианство, буддизм, магометанство. Я искала Ошо и не находила его.

Я до того доискалась «истины» в пределах немецкоговорящей «Ошо-Маниши», что была «призвана» пред ясные очи Махамудры, «мастерицы» немецкой коммуны. Пожилая дама с просветленными грубовато-немецкими чертами лица, в сари, уроженка Гамбурга. Она говорила и говорила. «Маниша — моя жизнь. Здесь я могу выразить себя… я живу коммуной». Смутило, что за полчаса беседы не прозвучало ни одного слова об Ошо. Она говорила, пристально поглядывая на меня. Возможно, моя удрученность чувствовалась. Я отчужденно молчала и вспоминала фотографии Ошо. Улыбку, которую очень сложно описать, но о которой точно можно сказать, что это — настоящая улыбка. То, как улыбались мне сейчас, настоящим назвать было трудно. Фрау Махамудра говорила, а я упрямо повторяла слова «Алмазных дней с Ошо», превращая их в свою собственную медитацию:

Оксана Гофман — Ошо: Будда-хулиган, который «никогда не рождался и никогда не умирал»

Оксана Гофман — Ошо: Будда-хулиган, который «никогда не рождался и никогда не умирал» краткое содержание

Ошо: Будда-хулиган, который «никогда не рождался и никогда не умирал» читать онлайн бесплатно

Ошо открылась удивительная истина: человек ничего не знает о смерти, пока не умрет любимый человек. Раджниш увидел: когда любовь сливается со смертью, происходят невероятные по своей мощи перемены, происходит великое преображение, словно мы рождаемся заново. И нам уже никогда не стать прежними… Маленький мальчик познал, что величие смерти открывается по-новому, только когда присутствует настоящая любовь. Без любви, вне любви смерть не откроет человеку тайн бытия. Но смерть может многое поведать о жизни, если наблюдать ее своим любящим сердцем.

И после смерти деда у мальчика появляется привычка следовать за каждой похоронной процессией. Он наблюдает и делает поразительные открытия: люди не признают смерть, люди отворачиваются от смерти, люди предпочитают ничего о ней не знать, люди делают вид, что «ничего не случилось» и что величие чужой смерти к ним не имеет решительно никакого отношения. Люди не говорят о смерти даже на похоронах. Когда на погребальном костре сгорает тело человека — любимого или врага, неважно, — никто не хочет чувствовать великое множество невидимых нитей, связывающих его с каждым из присутствующих. Никто не хочет слышать, как его смерть говорит с их жизнью. Ошо удивляло, что в этот момент все вокруг болтают о пустяках. Тогда ему и открылось то, что люди по большей части не привыкли проникать в суть вещей, они просто механически исполняют ритуалы определенных традиций, следуя своей религии. Они не заинтересованы разгадывать тайну смерти. Если бы они хоть немного были заинтересованы, они постигли бы, что на костре пылает их собственное тело…

Не следует удивляться якобы странным привычкам необычного ребенка. На Востоке вообще принято обращать внимание на то, как умирает человек. И, как полагают восточные мудрецы, смерть человека многое говорит о его жизни. Наблюдая за умирающим, можно написать его биографию, потому что мгновения смерти вмещают всю его жизнь. В миг смерти человек молниеносно показывает всего себя, обнажая свою глубинную сущность. Мистик видел, что «жалкие» люди умирают «со сжатыми кулаками», потому что продолжают из страха цепляться за жизнь, почти до самого конца пытаясь спастись от объятий смерти. Они продолжают страдать даже в последние минуты. Человек, постигший любовь, даже в последний миг своего бытия делится с другими собой, делится своей смертью точно так же, как прежде делился жизнью.

Маленький Раджниш четко осознал, что, умирая, человек выплескивает в мир всю свою энергию, и эта энергия отражает его отношение к жизни. Когда умирает святой, быть рядом с ним, подле его смертного ложа — величайший дар судьбы. Это исключительная возможность соприкоснуться с энергией святого, испытать благодать преображения, наполниться новым, неизведанным качеством бытия. В такой миг постигается истина о том, что «смерть может стать великим свершением — но только если свершением была и сама жизнь».

Следуя астрологическому предсказанию, что смерть будет подстерегать Ошо каждые семь лет, свое второе свидание с ней он решил назначить сам. По достижении четырнадцатилетнего возраста Раджниш решает сознательно пережить момент умирания. Он просит в школе неделю каникул, уже весьма по-ошовски заявив директору: «Отпустите меня на неделю. Я найду уединенное место и буду ждать смерти. Если она придет, я хочу встретить ее с полным пониманием происходящего, чтобы смерть стала важным переживанием». Что бы там ни подумал директор школы, мальчика он отпустил.

Ошо отправляется в храм на окраине городка и просит тамошнего священника не беспокоить его. Там он ложится на пол и в абсолютной неподвижности целую неделю лежит в ожидании смерти.

На четвертый день в храм вползла змея. Переползла через тело Раджниша и скрылась в какой-то щели. Ошо вспоминал, что он даже не успел испугаться, потому что уже «приготовился» к смерти. А где нет цепляющегося за жизнь, нет и страха.

Скопища надоедливых мух одолевали нещадно. Тогда Ошо удалось настроиться таким образом, будто мухи ползают по телу другого человека — то есть буквально отстраниться от себя.

Отстранившись от тела и от страха смерти, в определенном смысле он действительно почувствовал себя мертвым. И вместе с тем постиг в себе нечто бессмертное.

Ошо получил колоссальный опыт, преподанный смертью. Потом он скажет, что эти семь дней принесли ему чудесные переживания: «Смерть так и не явилась… У меня возникали странные, причудливые ощущения. Много чего было, но главное в другом: почувствовав, что можешь скоро умереть, ты становишься спокойным и тихим. Никаких тревог больше не возникает, потому что заботы связаны с миром живых. Жизнь — вот корень любых беспокойств. Но зачем тревожиться, если каждый знает, что когда-нибудь умрет?»

Мятежный дух, или Мастер спора

После смерти деда Ошо вынужден вернуться в дом к родителям. Удержать его там было трудно, и он часто ночевал у бабушки, по-прежнему относясь к ней как к своей родной матери. Теперь только бабушка оставалась для Раджниша самым преданным другом, и только она по-настоящему продолжала влиять на формирование личности Ошо. При этом бабушка называла себя ученицей своего необычного внука.

Читать еще:  16 год обезьяны. Обезьяна: описание и характеристика

Ошо говорил, что бабушка была для него важнее Моны Лизы и прекраснее Клеопатры. И в этом нет никакого преувеличения, поскольку любую красоту, какую видел вокруг, он связывал со своей нани (мать матери). Именно бабушка всеми силами помогла Ошо стать самим собой: без ее помощи, как утверждал Мастер, он мог бы стать лавочником, врачом или инженером…

Родители, что называется, были для Ошо уже не страшны, хотя и пытались, как могли, оказывать на него влияние. Но он отстаивал свою свободу всеми возможными способами, проявляя при этом необыкновенную изобретательность. А изобретать приходилось довольно часто. Родители Ошо были ярыми приверженцами джайнизма — весьма сурового религиозного ответвления, проповедующего жесткую аскезу, вплоть до самоистязаний. Джайны исходят из того, что жизнь есть страдание, а посему стремятся прервать круг перерождений еще при жизни, чтобы больше не воплощаться и таким образом «победить» собственную карму (название «джайнизм» происходит от слова «джина» — «победитель»). Адепты джайнизма терзают себя, чтобы взамен в ином мире получить то, чего в этом им получить не удается. Такая своеобразная торговая сделка. Закономерно, что многие последователи монахов-джайнов — торговцы…

Надо ли удивляться, что Раджниш восставал против всего, что исповедовали родители и что являлось вопиющим мазохизмом, хотя в те годы он еще и не знал, что это так называется. С самого детства Ошо отказывался признавать любые самоистязания.

Любое насилие над собой, как считал уже зрелый Ошо, уводит нас от истинной природы самих себя. Все, чего хотел Мистик, это чтобы мы жили полнокровной жизнью и не растрачивали ее драгоценного времени в бесполезном ожидании рая.

Интересна история, случившаяся, когда Ошо было еще пять лет. Однажды в деревню пришел джайнский монах, посвятивший свою жизнь практикам, благодаря которым, как он предполагал, не родится вновь. Ошо спросил монаха: «Если ты не хочешь родиться снова, почему ты живешь сейчас? Только для того, чтобы умереть? Тогда почему бы тебе не совершить самоубийство?» Монах посмотрел на мальчика с такой ненавистью, что тому пришлось добавить: «Помните, если будете злиться, то родитесь снова. От мира страданий не так нужно избавляться… Вы ведь можете ответить на мой вопрос без злости, тихо и спокойно. Радостно!» Ответа не последовало, и будущий Мистик заметил некую особенность. С того самого дня он не только начал задавать свои вопросы — с того самого дня ему еще и перестали давать на них ответы.

Впоследствии Ошо скажет, что в каком-то смысле тот день определил всю его жизнь, ее особую изюминку, потому что именно с тех пор он непрерывно воюет с самыми разными идиотами. Именно в тот день началась война, которая, как полагал Ошо, кончится только тогда, когда его не станет, а может, она не кончится даже тогда — другие люди продолжат ее… И был абсолютно прав.

Сколько он себя ни помнил, он любил только одну игру — спор. Ошо с детства спорил обо всем. Зачем? Его интересовало только одно: поиск окончательной истины, смысла жизни. Мальчик хотел понять, почему он — это действительно он, а не кто-то там другой. И будущий Мистик решил, что, пока не найдет ответа, не успокоится сам и не даст покоя окружающим. А окружающие в отместку стали считать мальчика диким.

Ошо принял это как закономерность, сопутствующую свободному духовному поиску. Он легко признавал себя дикарем, утверждая, что так называемые дикие люди появляются лишь время от времени: например, Будда. Или Заратустра. Или Христос. Все они, по мнению Ошо, тоже были «дикими людьми».

Читать онлайн «Ошо: Будда-хулиган, который «никогда не рождался и никогда не умирал»»

Автор Раджниш Бхагаван Шри (Чандра Мохан Джеин) (Ошо)

Annotation

Интерес к опыту и судьбам мистиков в любые времена не был случайным. Потому что мистик — это человек, деяния которого напоминают нам о нашей свободе. Он знает нечто такое, о чем мы догадываемся смутно, отчасти или вовсе догадываться не смеем. А если и смеем, то не знаем, что с этим делать. Мистик знает.

Эта книга — о жизненном пути Мистика и о том мощном отклике, которым сущее отозвалось на его Присутствие.

«Нет четкого ответа на вопрос: „Кто такой этот самый Ошо?“ Все, что я напишу о нем, — лишь часть нашего пути к самим себе. В конце концов, сказал же Ошо, что мы поймем, кто он, лишь осознав, кто мы на самом деле…»

Апостол истины или Пророк истины?

«Я — Новый ребенок»

«Новый ребенок» и смерть

Мятежный дух, или Мастер спора

Алмазные дни с Ошо

Так говорил Заратустра…

Третья психология, или Психология Будды

Урок психологии по Будде

«Горчичное зерно»: Мастер Иисус и Мастер Ошо

Иисус очень парадоксален[4]

Входите, я покажу вам дверь

Самые странные изречения

«В мире много иуд…»

«Секрет всей моей жизни»

Жизнь — любовь — смех, или Отражения в пустом зеркале

Видение тантры, или Эзотерические измерения «секс-гуру»

Возмужание Ищущего Пути, или Кундалини по Ошо

Кругосветное путешествие Мистика

Духовная хирургия, или проводник сумасшедших[5]

«Тишина сердца», или Медитация XXI века

Как стать Буддой-Зорбой…

«Я не смогу быть рядом с вами всегда»

Оксана Гофман

Ошо: Будда-хулиган, который «никогда не рождался и никогда не умирал»

Люди ищут истину, и она приходит к ним самыми разными путями, в самом разном обличье. Дух странствует среди людей, но лишь избранные способны достичь тех высот, где истина обращается в слово.

Странники духа — люди, чьи судьбы становятся притчами о путешествии в поисках ответов на вечные вопросы: добра и зла, радости и горя, жизни и смерти. Учителя, мудрецы, святые и пророки — их жизнь, их открытия и прозрения приобщают нас к высоте человеческой мысли и духовного знания.

В книгах серии «Странники духа» послания духовных наставников человечества для людей третьего тысячелетия: новый смысл в новом времени.

Моя религия может стать последней религией… Отбросьте всякую философию, в том числе и мою…

Бхагван Шри Раджниш (Ошо)

Апостол истины или Пророк истины?

В поиске учителя

Интерес к опыту и судьбам мистиков в любые времена не был случайным. Потому что мистик — это человек, деяния которого напоминают нам о нашей свободе. Он знает нечто такое, о чем мы догадываемся смутно, отчасти или вовсе догадываться не смеем. А если и смеем, то не знаем, что с этим делать. Мистик знает. И поэтому нам чертовски интересно, что же там у него из всего этого получилось.

Чтобы приблизить себя к его знанию, мы интересуемся, изучаем, пытаемся понять. Напрасно. Мистика нельзя понять. Можно лишь войти в его знание. А там уж решать: уйти или остаться. Можно присесть рядом, разделить существование. Пережить. Но понять — невозможно.

Ма Прем Шуньо в своей книге «Алмазные дни с Ошо» вспоминала, как Мастер рассказал однажды такую притчу.

Читать еще:  Во сне сидеть на берегу моря. К чему снится море

«Дровосек ходил в лес каждый день. Иногда он возвращался голодным, потому что шел дождь, иногда было слишком жарко, иногда слишком холодно. В лесу жил мистик. Он видел, что дровосек стареет, начинает болеть и возвращается голодным. И он сказал: „Послушай, а почему бы тебе не зайти подальше в лес?“ Дровосек ответил: „Ну, и что ждет меня там, дальше? Больше деревьев? Стоит ли без необходимости тащить дрова несколько миль?“ Мистик сказал: „Нет. Если ты зайдешь немного дальше, ты обнаружишь медный рудник… Тебе не придется каждый день рубить дрова“. Человек подумал: почему бы и в самом деле не попробовать? Он зашел дальше и нашел рудник. Он был так счастлив. Он возвратился и упал в ноги мистику. „Тебе нужно зайти еще дальше в лес“. — „Но зачем? Теперь мне хватит еды на семь дней“. Мистик сказал: „И все же… Ты иди. Ты, конечно, потеряешь медный рудник, но там есть рудник серебряный. И того, что ты принесешь, хватит на три месяца“.

Дровосек пошел дальше и нашел серебряный рудник. Он пришел, танцуя от радости, и сказал: „Как мне отблагодарить тебя? Моя благодарность безгранична“. Мистик сказал: „Чуть дальше есть золотой рудник“. Дровосек заколебался. Ведь он был очень бедный человек, а теперь, имея серебряный рудник… да он никогда и не мечтал об этом. Но раз мистик говорит, кто знает? Может быть, и в данном случае он прав… И дровосек нашел золотой рудник… Но мистик сказал: „Я становлюсь стар, может быть, меня не будет здесь, когда ты придешь в следующий раз. Я покину этот мир… Не останавливайся на золотом руднике. Чуть-чуть подальше…“ Но дровосек возразил с жаром: „Зачем? Ты показываешь мне что-то одно, и в тот самый момент, когда я получаю это, ты велишь мне бросить найденное и идти вперед!“ Мистик сказал в ответ: „Но совсем недалеко есть алмазный рудник…“ Дровосек шел целый день и нашел в конце концов алмазные копи. Он набрал множество бриллиантов и сказал: „Этого мне хватит на всю жизнь“. Но мистик заметил: „Может быть, мы и не встретимся больше, так вот тебе мои последние слова: теперь тебе хватит богатства на всю жизнь. Ступай вовнутрь! Забудь лес, медный рудник, серебряный рудник, золотой рудник, алмазный рудник. Теперь я открою тебе последнюю тайну — единственное сокровище находится внутри тебя. Все твои внешние нужды удовлетворены. Садись рядом так же, как сижу я“. Дровосек заметил: „Меня давно уж удивляло… Вот ты знаешь про все те рудники и продолжаешь сидеть здесь? Почему ты не соберешь алмазы, которые лежат там? Ведь только ты знаешь про них. Почему ты продолжаешь сидеть здесь, под деревом?“ И мистик ответил: „Когда я нашел алмазы, мой мастер сказал мне: теперь садись под деревом и ступай вовнутрь“».

Кто из нас может всерьез похвастаться, что всегда присутствует в пределах своего внутреннего дома? Нас там почти никогда не бывает. Мы или на задворках — в сарае хлам прошлого разгребаем, либо уже поскакали в местный лабаз: «А чего новенького?» Будущее, стало быть, обеспечиваем. Мы вечно носимся от прошлого к будущему и обратно, и нас никогда нет дома. Мы туда приходим только спать. Сны, разумеется, забываем. При жизни собственной присутствовать как-то тоже забываем: некогда. Мы по большей части в думах о прошлом или в мечтах о будущем. И только изредка мы посещаем настоящее — самих себя, свой внутренний дом.

Мистик — это тот, кто всегда дома. Внутри своего существа. В самой его глубине. Оттуда он смотрит на мир, оттуда говорит с нами. В его текучем мире переживаний нет времени и холодного рассудка, нет честолюбивых помыслов и чувства соперничества. Условности не работают. Рамки отметаются. Мир мистика нельзя понять, потому что его нечем измерить. И поэтому растерявшиеся современники при жизни считают этих людей эксцентричными или сумасшедшими, а после их смерти дают им невинное звание философов. Особо пугливые предпочитают безопасности ради примирить «неудобных» мистиков с действительностью, превращая их в легенды или задвигая на пьедесталы. Так вернее. Во всяком случае, воспринимать легенду намного проще и приятнее, чем иметь дело с реальным живым человеком из плоти и крови, к тому же позволяющим себе роскошь не принимать всерьез бессмысленность нашей повседневной жизни.

В мистиках нас привлекает их незаурядность. Она же и отпугивает. Они неизбежно несут в себе тот бунт, на который мало кто из нас решается. И даже самые благонамеренные последователи избегают открытого протеста, предпочитая ограничиваться соблюдением «дозволенной» символики.

В 1999 году ставшее на тот момент моей природой одиночество и безуспешные поиски истинного учителя привели меня в немецкий Центр медитаций Ошо-Маниша.

Наблюдаю за «немецкими коммунарами»: они трудятся, приветливы. Все, как один, подражают Ошо и в своем стремлении походить на него до смешного от него отдаляются. Как-то очень скоро стало ясно, что добрая часть людей, «искренне любящих» Ошо, даже и не подозревают, что на самом деле Ошо для них враг, поскольку они по-прежнему всеми силами цепляются за ту жизнь, которую он способен разрушить даже после своей смерти. Удивительно, но факт: совершенно неосознанно они искали на него компромат. Он должен был стать похожим на них! Они «подгоняли» Ошо под свое понимание о нем, делая его удобным и безопасным.

С грустью я замечала, что в этом лубочном Ошо сам Мастер отсутствует, что Ошо-движению без самого Ошо присущи неизбежные превращения, постигшие ранее христианство, буддизм, магометанство. Я искала Ошо и не находила его.

Я до того доискалась «истины» в пределах немецкоговорящей «Ошо-Маниши», что была «призвана» пред ясные очи Махамудры, «мастерицы» немецкой коммуны. Пожилая дама с просветленными грубовато-немецкими чертами лица, в сари, уроженка Гамбурга. Она говорила и говорила. «Маниша — моя жизнь. Здесь я могу выразить себя… я живу коммуной». Смутило, что за полчаса беседы не прозвучало ни одного слова об Ошо. Она говорила, пристально поглядывая на меня. Возможно, моя удрученность чувствовалась. Я отчужденно молчала и вспоминала фотографии Ошо. Улыбку, которую очень сложно описать, но о которой точно можно сказать, что это — настоящая улыбка. То, как улыбались мне сейчас, настоящим назвать было трудно. Фрау Махамудра говорила, а я упрямо повторяла слова «Алмазных дней с Ошо», превращая их в свою собственную медитацию:

«Голос внутри меня кричит: „Я здесь, я здесь“, но я поражена немотой. А потом — глаза. Когда Мастер смотрит в глаза ученика… он видит всю историю, все — прошлое, настоящее, будущее… Иногда такой взгляд может не оставить никаких следов в памяти — просто экстатическое чувство, стремительное течение радостной энергии, как будто прорвалась плотина».

Ошо ушел четырнадцать лет назад. По словам его личного врача, он приготовился покинуть тело, служившее ему в течение пятидесяти девяти лет, «так спокойно, словно собирал чемоданы перед поездкой за город на выходные». Человеку, живущему в .

Источники:

http://www.litmir.me/br/?b=553890&p=1
http://mybrary.ru/books/religija-i-duhovnost/samosovershenstvovanie/page-5-156636-oksana-gofman-osho-budda-huligan-kotoryi-nikogda-ne.html
http://knigogid.ru/books/135388-osho-budda-huligan-kotoryy-nikogda-ne-rozhdalsya-i-nikogda-ne-umiral/toread

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector