Не клянитесь вовсе. Высказывания отцов церкви о клятве

Сокровищница духовной мудрости

Клятва

Клятва вообще запрещается, тем более достойна осуждения клятва, данная в злом деле (свт. Василий Великий, 11, 44).

Союза с братом не подтверждай клятвою, но имей с ним единомыслие в страхе Божием (прп. Ефрем Сирин, 30, 147).

Гибельная страсть в человеке — сделать клятвы привычными для языка своего. Не делай клятв привычными языку своему, чтобы не умножилось твое неведение, и вместо оправдания не собрать тебе кучи грехов (прп. Ефрем Сирин, 30, 155).

Соглашайся лучше понести ущерб, нежели дать клятву. (прп. Ефрем Сирин, 31, 629).

. Никто из вас да не клянется именем Всевышнего Бога, потому что в уста, сотворенные для славословия Божия, не должна входить клятва (прп. Ефрем Сирин, 33, 114).

Весьма худо и давать клятву, и требовать ее: в обоих случаях оскорбляешь правду (свт. Григорий Богослов, 15, 367).

Скажи же, что приобретают те, которые много клянутся? Осмеяние. А к этому что еще присовокупить? Разве то, что им не верят, когда говорят и правду (свт. Григорий Богослов, 16, 176).

Благонравным. вовсе не нужна клятва. За них порукою добрые нравы (свт. Григорий Богослов, 16, 176).

Как. избежать клятвы? Приобретем такие нравы, которые бы внушали доверие (свт. Григорий Богослов, 16, 176).

. Что, кроме корысти, чаще приводит к ложным клятвам? Как скоро касается дело до денег, весьма многие оказываются злонравными (свт. Григорий Богослов, 16, 177).

. Множество клятв есть уже признак, что нет к тебе доверенности (свт. Григорий Богослов, 16, 180).

Многие говорят: язык произнес клятву, а ум не давал ее. Но легче во всем другом найти себе извинение, нежели в клятве. Никто и нисколько да не обманывает сам себя. Во всяком случае клятва дана, а двоедушием сколько еще увеличивается грех! (свт. Григорий Богослов, 16, 183—184).

Избегай всякой клятвы. Но чем же уверить других? Словом и жизнью, удостоверяющею в слове. Ложная клятва есть отречение от Бога. К чему тебе призывать в посредники Бога? Сделай, чтобы посредником твоим были твои добрые нравы (свт. Григорий Богослов, 16, 207).

Поистине если клясться — дело диавольское, то какому наказанию подвергнет нас преступление клятв? (свт. Иоанн Златоуст, 44, 57).

Не говори мне: что, если кто поставит нас в необходимость клясться? Что, если он не поверит? Там-то особенно, где нарушается закон и не должно помнить о необходимости; одна необходимость неизбежна — не оскорблять Бога (свт. Иоанн Златоуст, 45, 83).

Не клятва дает человеку веру, но свидетельство жизни, непорочное поведение и добрая о нем слава; многие часто надрывались клянясь — и никого не убеждали, а другие одним наклонением головы приобретали себе более веры, нежели столько клявшиеся (свт. Иоанн Златоуст, 45, 104).

. Кто часто клянется добровольно и против воли, бессознательно и с сознанием, по делу и шутя, а нередко увлекаясь гневом и многими другими страстями, тот неизбежно нарушает клятву (свт. Иоанн Златоуст, 45, 160).

Тяжек этот грех (клятва) потому, что не кажется тяжким; потому я и боюсь его, что никто не боится: потому эта болезнь и неизлечима, что она не считается болезнью (свт. Иоанн Златоуст, 46, 159).

Бог угрожает разрушить дома клянущихся, дабы чрез их наказание сделать других более благоразумными (свт. Иоанн Златоуст, 46, 316).

. Не следует клясться ни в правде, ни в неправде. Так будем хранить уста свои чистыми от клятвы. чтобы не рождалось в нас какого-либо злого помысла. (свт. Иоанн Златоуст, 47, 126).

. Как огонь в спальне, погашай на языке своем ложную клятву. Если загорится дом, погибнет дерево и тело, а ложная клятва, воспламеняясь, и душу и тело губит в геенне (свт. Иоанн Златоуст, 48, 610).

Если кто не желает , то я. запрещаю такому человеку переступать за порог церковный. (свт. Иоанн Златоуст, 52, 84).

. Принуждающий (к клятве) еще неизбежнее, чем тот, кто клянется, подвергнется наказанию, равно как и тот, кто клянется, когда никто не требует (свт. Иоанн Златоуст, 52, 95).

Скажи мне, когда ты требуешь от человека клятвы, — чего ты ожидаешь? Того ли, что он нарушит клятву? Но это крайнее безумие, потому что наказание обратится на твою голову. Лучше тебе потерять деньги, чем тому погибнуть. Для чего делаешь это во вред себе и в оскорбление Бога? Это свойственно душе зверской и человеку нечестивому. Но я, скажешь, надеюсь, что он не нарушит клятвы? В таком случае поверь ему и без клятвы. Но многие, скажешь, без клятвы решались на обман, а после клятвы — нет. Обманываешься, человек! Кто привык красть и обижать ближнего, часто решается попрать и клятву (свт. Иоанн Златоуст, 52, 96).

. Христос так щадит нас, что запрещает нам клясться даже и собственною головою, а мы до того не щадим славы Божией, что всюду привлекаем Его (свт. Иоанн Златоуст, 52, 96).

Если кто скажет: поклянись, — то пусть услышит, что Христос заповедал не клясться, и я не клянусь. (свт. Иоанн Златоуст, 52, 98).

Уста, не употребляющие клятвы, скоро и Бога преклонят в молитвах, и диаволу нанесут тяжкую рану (свт. Иоанн Златоуст, 52, 115).

Многие клялись и нарушали клятвы, но, если они и избежали наказания, не будем полагаться на это, потому что их ожидает скрежет зубов (свт. Иоанн Златоуст, 52, 123).

Не клясться — это пристань поистине безопасная, пристань, в которой не утопают от поднимающихся ветров (свт. Иоанн Златоуст, 52, 132).

Клятва поистине есть сеть сатанинская. Расторгнем же эти узы и устроим себя так, чтобы нам легко было воздерживаться от нее. Освободимся от этой сети сатанинской, убоимся заповеди Господа, приучим себя к лучшему, чтобы, простираясь вперед и исполнив эту и прочие заповеди, нам сподобиться благ, обещанных любящим Его. (свт. Иоанн Златоуст, 52, 132—133).

. Нам следовало бы приобретать доверие более своим поведением, чем клятвами (свт. Иоанн Златоуст, 54, 20).

Кто склонен к клятвам, тот, нельзя сказать, чтобы делал честь своему благородству (свт. Иоанн Златоуст, 54, 20).

Ложь есть разрушение любви, а клятвопреступление — отрицание Бога (свт. Иоанн Златоуст, 54, 965).

. Клянущиеся не могут представить в свою пользу никакого оправдания, кроме лишь пренебрежения к имени Божию (свт. Иоанн Златоуст, 55, 726).

. Умоляю вас, чтобы вы, принявши усекновенную и еще истекающую теплою кровью главу Иоанна, возвратились с ней каждый в свой дом, и имели мысленно ее пред своими глазами, и слышали, как она говорит: ненавидьте моего убийцу — клятву (свт. Иоанн Златоуст, 55, 727).

. Не клясться значит и не требовать клятвы. Ибо если не хочешь сам клясться, то и от других не потребуешь клятвы по следующим двум причинам: вопрошаемый или стоит в истине, или, напротив того, лжет. Если человеку обычно стоять в истине, то, без сомнения, и до клятвы говорит он истину. А если он — лжец, то лжет и поклявшись. Итак, по той и по другой причине не надлежит требовать клятвы (прп. Исидор Пелусиот, 60, 105—106).

. Дает ли кто верную клятву или нарушает свою клятву, подвергается наказанию. Посему избегай того, чтобы клясться и несправедливо и справедливо (прп, Нил Синайский, 73, 119).

Клятвопреступник есть, т. е. ложно клянется именем Господним, тот, кто обещает Богу жить добродетельно, а потом все попечение свое обращает на иное, чуждое обету, собственными устами изреченному, и чрез неисполнение заповедей преступает заветный обет благочестной жизни (прп. Максим Исповедник, 91, 285).

Клятвопреступление есть отречение от Бога. Потому не спеши божиться, но всячески избегай божбы, боясь как бы ради ее не впасть в клятвопреступление, от Бога отчуждающее и к беззаконным причисляющее. Но будь истинен во всех словах своих и доставишь им чрез то твердость клятвы. Если же когда случится тебе без нужды связать себя клятвою, то, когда это будет в чем-либо сообразном с Божественным законом, делай то, поскольку оно законно; а вину свою, что так неосмотрительно поступил, очисти милостынею, молитвою, плачем и тела озлоблением, умилостивляя тем Христа, рекшего: «не клянись». Когда же то будет в чем-либо беззаконном, то смотри, из-за божбы своей (неразумной) отнюдь не делай дела беззаконного, чтоб не быть сопричастну к пророко-убийце Ироду. Но оставь эту беззаконную клятву не исполненною, положи потом себе законом не божиться и не клясться без разбора, спеша умилостивить Бога, приболезненнейше пользуясь вышеуказанными врачевствами (свт. Григорий Палама, 93, 308).

В городе Александрии жили недалеко друг от друга христианин и еврей-купец. Однажды еврей, отправляясь в дальний путь торговать, оставил христианину ковчег с золотом на хранение. Когда после возвращения купец стал требовать золото обратно, то христианин поклялся, что не брал золота. Тогда еврей сказал: «Слышал я о святом мученике Мине, что он наказывает неправедно клянущихся, пойдем в церковь его, и там поклянись мне, что не брал золота». Пошли. Дорогою купец просил христианина взять сколько хочет золота, а остальное вернуть, только не клясться ложно. Христианин сказал: «Ты, как еврей, недостоин войти в храм». Еврей ответил, что постоит вне храма, и затем, преклонив колена, просил Бога и святого Мину стать им судьями. Христианин же поклялся в храме, думая, что он за еврея не будет в ответе пред Богом, и они стали возвращаться домой. На пути христианин потерял ключ от ларца с золотом, долго искал и, не найдя, успокоился, думая, что на этом исчерпались наказания за ложную клятву. Но когда они остановились пообедать, вдруг появился раб христианина, держа в руках ковчег с золотом. Христианин в ужасе спросил раба: «Откуда ты и почему ковчег с тобою?» Раб ответил: «Сегодня явился к твоей жене воин на коне и, держа в руках ключ, сказал: «Ты знаешь этот ключ? Возьми его, муж твой послал меня сказать, чтобы ты скорее послала к нему ковчег с золотом, ибо он жестоко мучается в храме». «И вот, — заключил раб, — я исполнил твое повеление, вот и ключ, который ты послал». Выслушав это, еврей прославил Бога, отдал треть золота в церковь святого Мины и крестился со всем домом своим. Христианин же в церковь Святого Мины отдал половину имения своего и остался при храме, до конца жизни оплакивая грехи (112, 787—789).

Читать еще:  Сон обокрали квартиру что значит. Мне приснилось что у меня квартиру обокрали во сне

Два друга из Киева, Иоанн и Сергий, вступили в духовное братство. Спустя много лет Иоанн разболелся, а у него оставался пятилетний сын Захария. Больной отдал все свое имущество игумену для раздачи маломощным, а сыновнюю часть передал Сергию вместе с попечением о малолетнем сыне, завещая: «Когда возмужает сын мой, отдай ему золото и серебро». Пришло время возврата денег, но Сергий отказался, говоря, что он ничего никому не должен, и поклялся в этом в Печерской церкви перед иконой Богородицы. Он хотел поцеловать икону, но не смог к ней приблизиться, пошел к дверям и вдруг стал кричать: «Святые Антоний и Феодосий! Не велите убивать меня этому немилостивому и молитесь, чтобы Пресвятая Богородица отогнала от меня это множество бесов, которым я предан. Пусть берут золото, оно запечатано в моей клети». И страх напал на всех. Захария же отдал деньги игумену, а сам постригся в Печерском монастыре (100, 72-74).

Один московский протоиерей рассказывал: «В моем приходе знал я благочестивое купеческое семейство. Сын этого семейства стал бывать у одной бедной вдовы и полюбил ее дочь, но вольности с его стороны вынудили мать просить его перестать бывать в их доме. Тогда юноша пообещал жениться через год на девице, поклявшись перед чудотворной Владимирской иконой в Кремлевском Успенском соборе. После этой клятвы он стал в доме как родной, а через год девица родила мальчика. Но вскоре отец ребенка забыл клятву и женился на богатой. В день свадьбы он почувствовал себя плохо, потом стал быстро худеть и буквально иссох. Душа его была полна неописуемой скорби и тоски. И вот однажды видит он, что в комнату входит дивная Жена и говорит: «Клятвопреступник, ты за свое безумие достоин этого наказания, покайся и принеси плоды покаяния!» Своею рукою Она прикоснулась к его волосам, и они выпали на подушку. После видения он тотчас же пригласил своего духовного отца и с плачем рассказал ему все, затем пригласил родителей и слезно просил их оказать милосердие обманутой и обеспечить ее жизнь. Больного напутствовали Святыми Таинами, пособоровали, а затем был прочитан и канон на исход души. Вдруг больной воодушевился и тихо-тихо, но ясно произнес: «Вижу Тебя, Владычице мира, но взор Твой не строгий, а милостивый», — и с этими словами скончался» (114, 182—186).

Заметили ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Православная Жизнь

Main menu

Почему священник приносит присягу, если Христос говорил: «не клянись»?

Выпускники медицинских вузов приносят клятву врача; военнообязанные дают военную присягу; президент страны публично обязуется быть верным народу. Присяга — это особое торжественное обещание, которое даётся в исключительных случаях. Подписание текста присяги — непременное условие и для тех, кто собирается стать диаконом или священником Православной Церкви.

Зачем будущий священник приносит присягу? Какие обязательства он на себя берёт? Не противоречит ли эта присяга Библии, ведь в Нагорной проповеди Иисус Христос прямо призывал: «А Я говорю вам: не клянись вовсе» (Мф. 5:34)? На эти вопросы отвечает протоиерей Олег Кручинин, настоятель Борисо-Глебского храма Часов Яра.

Любая ли клятва запрещена?

Начнем с последнего вопроса: запрет на произнесение клятвы, озвученный Иисусом Христом во время Нагорной проповеди. Полностью цитата из Евангелия выглядит так: «Еще слышали вы, что сказано древним: не преступай клятвы, но исполняй пред Господом клятвы твои. А Я говорю вам: не клянись вовсе: ни небом, потому что оно престол Божий; ни землею, потому что она подножие ног Его; ни Иерусалимом, потому что он город великого Царя; ни головою твоею не клянись, потому что не можешь ни одного волоса сделать белым или черным. Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого» (Мф. 5:33-37).

У человека, впервые читающего этот священный текст, складывается впечатление, что Господь вообще запретил любую клятву: «не клянись вовсе». В этом смысле эти слова Спасителя понимали и некоторые святые отцы первых веков. Но при внимательном прочтении Священного Писания, мы видим, что Иисус Христос говорил не только «да» или «нет». Он использовал как слова-уверения («аминь», то есть «истинно так»), так и действия.

Когда на допросе у первосвященника у Него с клятвой потребовали признаться, Сын ли Он Божий, Господь ответил: «Ты сказал». То есть Он как бы повторил клятву первосвященника. «И первосвященник сказал Ему: заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий? Иисус говорит ему: ты сказал» (Мф. 26:63-64).

Известный библеист и богослов XIX-XX веков профессор Александр Лопухин приводит ещё несколько мест Священного Писания, где апостол Павел не только не учил воздерживаться от клятвы, но и сам произносил её несколько раз.

«Бог — свидетель, что я люблю всех вас любовью Иисуса Христа» (Флп. 1:8).

«Свидетель мне Бог, Которому служу духом моим в благовествовании Сына Его, что непрестанно воспоминаю о вас» (Рим. 1:9).

Кроме того, аналогичные призывания Бога в свидетели можно найти и в других посланиях апостола: 1 Фес. 2:5, 10; 2 Кор. 11:11, 31; Гал. 1:20; 1 Кор. 15:31; 2 Кор. 1:23; Евр. 6:16–18.

Какую клятву запретил Христос?

Тогда какую клятву запретил произносить Христос? Ещё со времён Моисея была известна заповедь, запрещавшая клясться именем Божиим: «Не клянитесь именем Моим во лжи, и не бесчести имени Бога твоего. Я Господь» (Лев. 19:12).

Фарисеи исказили эту заповедь, говоря, что Господь запретил клясться только Его именем. Если фарисей клялся небом, или землёй, или священным городом Иерусалимом, или даже своей головой, а потом не исполняли обещанное, то он, якобы, не грешил — ведь упоминания о клятве небом и землёй в законе Моисея нет.

Вот эти ложные клятвы и запрещает Иисус Христос в Нагорной проповеди. Мы понимаем, что и небо, и земля, и естественный цвет волос на нашей голове — достояния Божии, они даны нам свыше. Поэтому как мы можем ими распоряжаться?

«Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет», — говорит Христос. То есть истинные ученики Христовы не должны быть двоедушными: утром мы говорим «да», а вечером уже «нет». Если мы дали какое-то обещание, то его надо исполнять, с какими бы трудностями нам ни пришлось столкнуться. Когда мы обещаем одно, а делаем другое, то подпадаем под власть лукавого. Об этом и предупреждает Христос.

Присяга — ступень на пути к священству

Теперь обратимся к присяге на принятие священного сана. Первая степень священства — служение в сане диакона. Мужчина-христианин, намеревающийся посвятить свою жизнь служению Богу, подаёт письменное прошение на имя правящего архиерея. К нему он прилагает рекомендацию от приходского священника или благочинного, автобиографию и другие документы. Далее ставленнику предстоит пройти собеседование с архиереем и членами Епархиального совета. Если решение будет положительным, то его ждет исповедь у духовника епархии.

Затем архиерей принимает окончательное решение о рукоположении кандидата. Ставленник в присутствии архиерея (или, по благословению архиерея, — священника) произносит присягу, целует Крест и Евангелие и подписывается под текстом присяги. Присягу заверяет своей подписью архиерей или священник, который её принимал.

После этого ставленник ждёт одного из важнейших событий в своей жизни — хиротонии, то есть возведения в священный сан. Хиротония совершается архиереем во время литургии.

В современной практике Украинской Православной Церкви присяга на принятие сана диакона или священника одинакова, хотя порядок возведения в сан священника будет отличаться.

ПРИСЯГА

Я, Ф.И.О., призываемый ныне в служение в (диаконском/иерейском) сане, обещаю Всемогущему Богу и клянусь пред святым Его Крестом и Евангелием в том, что с помощью Божией буду всячески стараться проходить своё служение согласно со Словом Божиим, с правилами и канонами Вселенской Православной и Апостольской Церкви и указаниями церковного священноначалия.

Богослужения и Таинства совершать со тщанием и благоговением, по чиноположению Церковному, ничего произвольно не изменяя. Учение веры содержать и другим преподавать по руководству Святой Православной Церкви и святых отец.

Жизнь проводить благочестивую, трезвенную, от сует мирской устранённую, в духе смиренномудрия и кротости. Благим примером руководить других ко благочестию. Во всяком деле служения моего иметь в мыслях не свою честь или выгоду, но славу Святой Церкви и спасение ближних, в чём да поможет мне Господь Бог благодатию Своею молитв ради Пречистой Богородицы и всех святых.

Читать еще:  Сне приснилось торнадо. К чему снится смерч, ураган, торнадо во сне женщине - сонник и толкование

Навсегда останусь верным Святой Матери Церкви и ни при каких обстоятельствах не вступлю в церковное общение с раскольниками и отступниками от святой Православной веры.

Со страхом Божиим и трепетом предстоя у Престола Алтаря Господня, осознаю ответственность принимаемого мною ныне служения. Залогом сему обещаю: начало вверенного мне служения отметить исключительно трезвением и молитвой.

Для сего обязуюсь всякое священнодействие и молитвословие совершать по чиноположению церковному, с благоговением, довольствуясь добровольным за то даянием от своих прихожан; без уважительной причины не опускать положенных по уставу служб;

Утверждать своих прихожан в истинах веры и благочестия, проповедуя им слово Божие «благовременно и безвозмездно»;

Дом свой править, содержать домашних своих, как то подобает служителю алтаря, и не давать их поведением поводов к соблазну прихожан, а также иметь попечение о вверненном мне клире;

В святом алтаре и храме буду держать себя, как того требует святость места, внушая уважение к святыне и другим;

В проходимом служении вести себя буду благочестно, достойно своему высокому званию, опасаясь, как бы не уронить оное или не причинить верующим соблазна своим недостойным поведением.

Одежду буду носить присвоенную духовному званию, скромную и приличную, соблюдать установленные Православной Церковью посты; никаких зазорных поступков — нетрезвости, картежной и других азартных игр, курения и тому подобных — допускать не буду.

О благолепии храма, правильном ведении церковного хозяйства и церковных документов обязуюсь иметь постоянное попечение.

Памятуя, что священнослужитель без воли своего епископа ничего не совершает, обязуюсь все распоряжения своего духовного начальства исполнять беспрекословно.

В заключение сего клятвенного обещания целую Крест и Евангелие Спасителя моего. Если же нарушу эту Присягу, то постигнет меня Суд Божий и прещение церковное. Аминь.

В каждом Таинстве Церкви есть обещания

Как видно из текста присяги, здесь нет никакой клятвы «небом и землёй», но есть обещания, подобные тем, которые берёт на себя человек в других Таинствах Церкви. В той или иной степени обещания хранить верность Богу присутствуют в каждом из них.

1. Во время Крещения сам человек (или от его имени крёстные родители, если крестят ребёнка) отрекается от сатаны и «сочетавается» с Господом. В знак отречения от сатаны он символически дует и плюёт на пол, как на самого сатану. А в знак сочетания с Богом читает Символ веры и совершает поклон.

2. В Таинстве Миропомазания новокрещённый христианин добровольно принимает на себя «печать дара Духа Святаго». Священник помазывает его миром (благовонным составом, сваренным и освящённым по особому чину), и человек тем самым принимает благодать Святого Духа, укрепляющую его в духовной жизни.

3. Во время Исповеди христианин в присутствии священника раскаивается в своих грехах и даёт обещание их не повторять.

4. Подходя к Чаше с Причастием, христианин говорит: «Да не в суд и не во осуждение будем мне Причащение Святых Твоих Таин, Господи, но во исцеление души и тела». То есть мы понимаем, что можно причаститься недостойно, и просим у Бога, чтобы этого не произошло.

5. Во время Венчания жених публично заявляет, что «не обещался иной невесте», а невеста — что «не обещалась иному мужу». Здесь тоже присутствуют обещания.

6. Если человек долго болеет и желает исцелиться, то, по словам апостола Иакова, он может «призвать пресвитеров Церкви». Над болеющим совершается Таинство Соборования. Приглашая в свой дом священника, человек тем самым подтверждает, что он христианин и верит, что его может исцелить Иисус Христос.
7. Принимая присягу в Таинстве Священства, христианин обещает, что с помощью Божией он будет «всячески стараться проходить своё служение согласно со Словом Божиим, с правилами и канонами Вселенской Православной и Апостольской Церкви и указаниями церковного священноначалия».

Жизнь во Христе и со Христом

В присяге священника также собраны указания на то, как благоговейно и трепетно надлежит служить в алтаре; как заботиться о духовном окормлении прихожан и как вести себя дома; как беспокоиться о церковном хозяйстве.

Ценность присяги заключается в том, что она актуальна не только на момент рукоположения, но и на всю жизнь священнослужителя — во Христе и со Христом.

Не зря во многих епархиях есть практика, когда копию присяги выдают священнику на руки, оформляя её в виде грамоты, которую можно повесить на стену. Но повесить не ради украшения интерьера, а ради ежедневного напоминания об обещаниях, данных Богу, и о необходимости их выполнять.

Мнение о клятве апостолов и отцов церкви

Слова Иисуса — не клянись вовсе — породили множество толкований в первые века христианства.

Апостол Иаков в соборном послании своем, говорит: Прежде же всего, братия мои, не клянитесь ни небом, ни землею, и никакою другою клятвою, но да будет у вас! «да, да» и «нет, нет», дабы вам не подпасть осуждению (Иак. 5, 12).

Апостол Павел сам прибегал к клятве, как это видно из посланий Его: а) в послании к Римлянам он писал: Свидетель мне Бог, Которому служу духом моим в благовествовании Сына Его, что непрестанно воспоминаю о вас(Рим. 1, 9); б) во втором послании к Коринфянам: Бога призываю во Свидетели на душу мою, что, щадя вас, я доселе не приходил в Коринф (2 Кор 1, 23); в) в послании к Филиппийцам: Бог — свидетель, что я люблю всех вас любовью Иисуса Христа (Флп. 1, 8).

Святой Иустин Философ в своей первой Апологии, излагая учение Иисуса Христа, говорит: «О том, чтобы совсем не клясться, а говорить истину, Он так заповедал: вовсе не клянитесь! Но да будет слово ваше: «да, да» и «нет, нет». А что сверх этого, то от лукавого».

Святой Ириней в четвертой книге своей против ересей (13), доказывая, что Иисус не отменил заповеди закона, говорит: «И что Господь заповеди закона, которыми человек оправдывается, не разрушил, но распространил и восполнил, это открывается из Его слов. Сказано древним, говорит Он: не прелюбодействуй; а Я говорю вам. И — сказано: не преступай клятвы; а Я говорю вам: не клянитесь вовсе, но да будет у вас слово: «да, да», «?нет, нет»».

Тертуллиан, по-видимому, не отвергал клятвы вообще, но не допускал возможности клясться демонами, как то делали язычники. Так, в Апологии своей (32) он говорит: «Что же касается до гениев или демонов, то мы и заклинаем, дабы изгнать их из тел человеческих. Мы не клянемся и не божимся ими, чтобы не воздать им чести, принадлежащей Единому Богу».

Святитель Василий Великий, уговаривая сборщиков податей не принуждать плательщиков к клятвам и повторяя то же в письме к правителю области (81, 85), выразился так: «Как скоро люди научаются нарушать клятву, то думают, что клятва изобретена для них в орудие обмана» (Творения. Т. 6). Он же, в правиле 29-м (Т. 7): «Кто связал себя клятвой на злое дело, тот пусть принесет покаяние за опрометчивость в клятве, но да не поддерживает своего лукавства под видом благоговения. Сохранение клятвы не принесло пользы Ироду, который, чтоб не нарушить клятвы, сделался убийцей Пророка. Клятва вообще запрещается, тем более достойна осуждения клятва, данная в злом деле» (Свт. Василий Великий. Творения. Т. 7).

Святитель Григорий Богослов в разговоре «На тех, которые часто клянутся» (Творения. Ч. 5) говорит: «Что хуже клятвы? Я рассуждаю, что ничего нет хуже. Если бы не было опасности от ложной клятвы, то клятва была бы делом благочестия. Ложная клятва, как давно уже доказано, есть отречение от Бога. Благонравным менее нужды в клятве; что говорю: менее? Им вовсе не нужна клятва. За них порукою добрые нравы. » Допуская затем клятву, когда представляется необходимость избавить других от опасности или себя от обвинений в гнусном преступлении, Григорий Богослов продолжает: «Я утверждаю, что должно избегать клятв наиболее ужасных, короче сказать, тех, в которых упоминается Божие Имя. Желал бы никакой клятвы не дозволять, а в противном случае пусть будет какая-нибудь другая клятва. Множество клятв есть уже признак, что нет к тебе доверия; поэтому или вовсе не клянись, или клянись как можно реже. Иной скажет, что множеству клятв лучше поверят; но разве из многого невероятного может составиться вероятное. Не находим ли, что и Бог иногда клянется? Так говорит Писание. Но что совершеннее Бога? Конечно, не найдешь ничего совершеннее. А если ничего нет совершеннее, то, значит, что Бог и клясться не может. Как же в Писании говорится, что Бог клянется Самим Собой? Как скоро Бог говорит что-нибудь, это уже есть клятва Божия, и Он перестал бы быть Богом, если бы сказал ложь. А что Ветхий Завет не запрещает клятвы, но требует только истинной, то тогда и убивать было законно, ныне же не позволено даже ударить; тогда подвергалось осуждению совершение худого поступка, ныне же осуждается самое первое движение ко греху. А потому целомудренный и не клянется».

Святитель Иоанн Златоуст в знаменитых «Беседах о статуях», произнесенных в Антиохии после народного мятежа и ниспровержения императорских статуй, восстает против привычки антиохийцев клясться: «Сколько раз мы, в раздражении и гневе, клялись не примиряться с оскорбившими нас; потом, когда гнев угасал и раздражение утихало, мы и хотели бы мириться, но, будучи удерживаемы клятвами, скорбели, как захваченные какой-либо сетью и связанные неразрешимыми узами. Поэтому и дьявол, зная, что гнев есть огонь и легко погасает, а по угашении гнева бывает примирение и дружба, зная это и желая, чтобы огонь этот оставался неугасимым, нередко связывает нас клятвой, дабы, если и прекратится гнев, то остающийся еще за нами долг клятвы поддержал в нас пламя и произошло одно из двух: или, примирившись, мы нарушили бы клятву, или, не примирившись, подвергли бы себя осуждению за злопамятство. Зная это, будем избегать клятв» (Беседа 8). «Подлинно, тяжек этот грех, и весьма тяжек: он весьма тяжек потому, что не кажется тяжким; потому я и боюсь его, что никто не боится его. Потому-то я и веду продолжительную речь об этом, что хочу исторгнуть глубокий корень и уничтожить долговременное зло. Но такой-то, скажешь, человек хороший, имеющий сан священника, живет весьма целомудренно и благочестиво, однако клянется? Не говори мне об этом хорошем, воздержанном, благочестивом и имеющем сан священства; но, если хочешь, -пусть это будет Петр или Павел, или ангел, нисшедший с неба, я и тогда не посмотрю на достоинство лица, потому что я читаю закон о клятве не рабский, но царский; а когда читается царский указ, тогда должно умолкнуть всякое достоинство рабов. Если ты можешь утверждать, что Христос повелел клясться или что Христос не наказывает за это, докажи, и я покорюсь. Если же Он с такой ревностью запрещает это и оказывает такую попечительность об этом предмете, что ставит клянущегося наравне с лукавым (а что сверх этого, тоесть «да» или «нет»,то от лукавого), то для чего ты представляешь мне такого-то и такого-то? Бог произнес приговор над тобой, основываясь не на небрежности подобных тебе рабов, а на предписании Своих законов. Я повелел, скажет Он, и нужно было повиноваться, а не ссылаться на такого-то и не заниматься чужими грехами. Если и великий Давид впал в тяжкий грех, то, скажи мне, неужели поэтому для нас безопасно грешить?» (Слова огласительные. 1-е слово. Т. 2). «Но как же быть, скажешь ты, если кто-нибудь требует клятвы и даже принуждает к тому? Страх к Богу да будет сильнее всякого принуждения! Если ты станешь представлять такие предлоги, то не сохранишь ни одной заповеди. Тогда ты и о жене скажешь: что, если она буйна и расточительна? Скажешь и о любострастном взгляде: уже ли мне нельзя и смотреть? Равно можешь сказать и о гневе на брата: что, если я вспыльчив и не могу удержать своего языка? Таким образом тебе не трудно будет попрать все вышесказанные заповеди. Между тем, касательно законов человеческих ты никогда не смеешь представлять подобные предлоги, но волей или неволей, а непременно повинуешься предписанию. Притом, что касается рассматриваемой заповеди, то тебе может не представиться и необходимости когда-либо клясться. Кто внял учению о вышесказанных блаженствах и устроил себя так, как повелел Христос, того всякий будет считать достойным почтения и уважения, и никто не станет принуждать к клятве» (Беседы на Евангелие от Матфея. 17). Уговаривая не принуждать никого к клятве, Златоуст говорит: «Но если ты не стыдишься ничего другого, так постыдись этой самой книги, которую подаешь для клятвы: раскрой Евангелие, держа в руках которое ты заставляешь другого клясться, и, услышав, что Христос говорит там о клятвах, вострепещи и удержись! Что же Он говорит там о клятвах? А Я говорю вам: не клянись вовсе (Мф. 5, 34)» А ты этот закон, запрещающий клятву, делаешь клятвой? О, дерзость! О, безумие!Ты делаешь то же, как если бы кто самого законодателя, воспрещающего убийство, заставил быть помощником в убийстве. На счет денег ты сомневаешься, скажи мне, и убиваешь душу? Приобретешь ли ты столько, сколько делаешь вреда душе и своей, и ближнего? Если веришь, что этот человек правдив, не налагай на него обязательство клятвы; а если знаешь, что он лжив, не заставляй его совершить клятвопреступление» (Беседы о статуях. 15).

Читать еще:  Бог любит троицу продолжение. Магия числа "3" или "Почему Бог Троицу любит"

Блаженный Августин говорит: «Пусть тебя не соблазняет то, что Господь клялся, потому что Один только Бог клянется безопасно, ибо не может ошибаться». Чувствуя, однако, что нельзя безусловно отвергать клятву и что призывание Бога во свидетельство истины, как исповедание веры правосудного Бога, не может быть само по себе грешным, блаженный Августин сам подтверждал иногда слова свои призыванием во Свидетели всевидящего Бога и, по собственному его признанию, делал это с благоговейным страхом, и нравственное чувство его говорило ему, что тут не было греха (Тренч. Нагорная проповедь).

На четвертом (Халкидонском) Вселенском Соборе, между прочим, постановлено потребовать от египетских епископов, чтобы они даликлятвенное обещание разъяснить, почему они медлят подписать послание Льва к Флавиану.

Вот мнения Апостолов и Отцов Церкви о клятве и присяге. К сожалению, мнения эти не только не согласуются между собой, но даже явно противоречат друг другу. Как же тут быть? Каким мнением руководствоваться, когда от нас будут требовать клятвы или присяги?

Конечно, мы должны в этом отношении следовать указаниям Православной Церкви, допускающей присягу по требованию государственной власти. Но так как это допущение не согласуется с буквальным смыслом заповеди о клятве, то попытаемся объяснить, на чем оно основано.

Если бы Господь не в Нагорной проповеди Своей, а просто на вопрос, например, фарисеев, — позволительно ли клясться, — сказал — не клянитесь вовсе, — то такая заповедь Его имела бы безусловно обязательную силу и не допускала бы никаких исключений. Но мы знаем, что эта заповедь дана Им в Нагорной проповеди и притом тогда, когда Он уже высказал, как грешные люди должны перевоспитывать себя, чтобы исполнение новых заповедей не показалось им трудным. В так называемых девяти заповедях блаженства Господь научил нас, какие усилия мы должны употребить над собой, чтобыподготовить себя к исполнению Его заповедей. Он говорил, что мы должны сознать свое нравственное ничтожество в сравнении с Образцом доступного нам совершенства; что, дойдя до такого сознания, мы захотим исправиться, изменить образ своей жизни, отстать от своих греховных привычек, победить свои страсти; — будем оплакивать прошлую, безумно прожитую, жизнь; дадим себе слово жить не так, как хочется, а как Бог велит, то есть по правде Божией; будем винить во всем самих себя, будем строги к себе и снисходительны к другим, и потому не будем гневаться ни на кого, не будем раздражаться, словом, станем кроткими, милостивыми; — будем считать грехом не только поступки свои, противные воле Божией, но даже и помыслы, и через это достигнем той степени совершенства, какая называется чистотой сердца; кроткие, милостивые и чистые сердцем, мы будем вносить с собой мир всюду, где только покажемся, будем мирить враждующих; и тогда мы настолько свыкнемся с новой, обновленной жизнью, что уже не захотим вернуться к прежней греховной и готовы будем перенести всякие гонения за правду и за Вестника этой правды, Христа.

Вот к такому-то обновленному, возрожденному к новой жизни человеку и обращается Господь со Своими заповедями: «Не гневайся ни на кого! Мирись скорее с тем, кто имеет что-либо против тебя! Не нарушай святости брака даже мысленной готовностью изменить жене или мужу! Будь правдивымвсегда и во всем, чтобы тебе верили все без особых с твоей стороны подтверждений истинности твоих слов!» И когда ты достигнешь этой степени совершенства, то все, зная твою правдивость, будут верить тебе без всяких клятв; и потому не клянись вовсе.

Итак, следует признать, что требование не клянись вовсе есть лишь необходимое следствие одной из основных заповедей Господних «о правдивости», которую можно выразить словами «будь правдив». Разница между основной и зависимой заповедью заключается в том, что требования основной заповеди не допускают никаких отступлений; в исполнении этого требования заповеди зависимой могут быть сделаны исключения. Это доказал нам Сам Христос. Когда на суде синедриона первосвященник Каиафа спросил Его: заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий? (Мф. 26, 63), то Господь ответил ему: Ты сказал (по сказанию же Евангелиста Марка, Господь ответил: Я). Вопрос Каиафы был облечен в обычную форму клятвы, и если Господь дал на него ответ, то, значит, Он подтвердил этот ответ клятвой, хотя и не Им произнесенной. Следовательно, Господь в данном случае отступил от данной Им заповеди и тем самым как бы разрешил клятву в исключительных случаях. Обсуждая ответ Господа Каиафе, мы прекрасно понимаем, почему Христос вынужден был отступить от Своей заповеди. На протяжении более трех лет Своего служения Он много раз говорил книжникам и фарисеям о Своем равенстве Отцу, о том, что Он в Отце и Отец в Нем, — словом, о Своем Божестве, о том, что Он — Сын Божий. Но то были частные разговоры с представителями враждебной Ему партии, и от них они могли впоследствии отречься и утверждать, что о божественном происхождении Иисуса ничего не знали. Вот почему надлежало Иисусу официально, перед судом иудейским, объявить Себя Христом, Сыном Божиим. Поэтому, в таком исключительном случае Он и отступил от Своей заповеди. И отступил Он не для Своей выгоды; нет, Он знал, что после такого именно признания с Его стороны Ему будет немедленно объявлен смертный приговор.

Источники:

http://www.biblioteka3.ru/biblioteka/sokrovishhnica-duhovnoj-mudrosti/txt133.html
http://pravlife.org/ru/content/pochemu-svyashchennik-prinosit-prisyagu-esli-hristos-govoril-ne-klyanis
http://lektsii.org/4-31426.html

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector