Мой путь к богу все. Мой путь к богу и в церковь

Мой путь к Богу и в Церковь

В жизни человека есть много путей, но всего лишь один Путь, который ведет к Жизни.

Когда или с чего начался мой путь к Богу и в Церковь? Я не знаю. Я искала смысл жизни. Когда мне было лет семь, мама читала нам с сестрой перед сном детскую Библию. Лучше всего я запомнила саму книгу — она была ярко-красного цвета, с картинками, она хранится у меня до сих пор. Родители у меня тогда не имели никакого отношения к церкви, к церковной жизни, и мама это делала скорее всего для «общего развития». Сильного впечатления на меня тогда это не произвело. Чуть позже, лет в девять, перед сном же нам читали «Мастера и Маргариту». Эта книга меня действительно впечатлила.

Когда мне было лет одиннадцать, нам по почте прислали Библию, тоже детскую. (Это было в то время, когда к нам приезжали проповедники, приглашали к себе на встречи, раздавали религиозную литературу бесплатно. Я даже как-то сходила на одну такую проповедь). На этот раз Библия была более серьезная, с Ветхим заветом и Евангелием, и я начала ее изучать уже самостоятельно. Причем я не помню, чтобы мои родители хоть как-то к этому относились, я даже не уверена, что они об этом знали. Я пыталась говорить об этом со старшей сестрой, но ее это тоже мало интересовало. Тогда в моей жизни был очень интересный период, он мне отчасти напоминает теперешнее оглашение. Я помню, как я каждый вечер, перед сном, в кровати читала по одной главе из этой Библии, а потом я начала молиться. В книге были комментарии и обращения к детям, и, в частности, там была беседа о том, для чего и как надо молиться. Мне это понравилось и постепенно я стала молиться перед сном, обычно это была удивительно искренняя и личная беседа с Богом. Меня в этой книге потрясли слова о том, что Богу не нужно, чтобы Его боялись, но ему нужно, чтобы мы Его любили и уважали как настоящего Отца. И в то время я чувствовала это и умела доверяться, и сейчас я вспоминаю об этом с удивлением и сожалением, потому что это было то доверие, которого мне часто так недостает сейчас и которое я стараюсь обрести вновь.

Так продолжалось некоторое время, может, полгода или больше, а потом я крестилась. Мои родители хотели, чтобы мы с сестрой сами приняли решение, креститься нам или нет, а я лично хотела, чтобы это поскорее произошло. Само это событие меня мало привлекало. Я знала, что креститься надо, так как этого хочет Бог, т.е. я воспринимала это как свою обязанность перед Богом. Меня крестили в Вырице — там жили бабушка с дедушкой, — бабушка все и организовала. Собрались родственники, было довольно много народа, при этом никто со мной не разговаривал ни о Боге, ни о вере, ни о значении крещения, и никакого глубокого смысла в этом событии я не чувствовала. Скорее, мне было даже неприятно идти в церковь. Уж слишком все происходящее противоречило тому моему внутреннему ощущению близости и доверия к Богу. Правда, я помню, как во время самого крещения я вдруг почувствовала, что мне приятно находиться там и что мне это даже очень нравится. Мне очень понравился священник и сама церковь, я ее сейчас очень люблю. И мне очень понравился крестик, и я носила его с радостью.

После того, как я крестилась, и примерно до пятнадцати лет я мало задумывалась о вере. Я как-то перестала читать — детской Библии было уже мало, а настоящее Евангелие я попробовала, но так ничего и не поняв, оставила. Я больше не молилась. Все это как будто ушло в прошлое.

В пятнадцать лет в моей жизни все перевернулось: развелись родители, начались проблемы, я чувствовала себя очень одинокой. Однажды я поняла: если я немедленно не найду смысл в своей жизни, то больше не смогу жить. Мне было очень тяжело. И моя самая главная проблема в жизни была в том, что я просто не находила достаточной причины для того, чтобы как-то жить в этом мире, где вокруг было столько несправедливости и горя и где так трудно хоть что-то изменить.

Я решила, что в этой жизни, где случается и добро, и зло, и горе, и счастье, можно будет жить, если хорошего в моей жизни будет хоть немного больше, чем плохого. Говорят, что если не можешь изменить ситуацию, ты можешь поменять к ней отношение. В этом я увидела выход, потому что хоть это от меня зависело. Этому-то я и стала учиться. Это было именно научение, потому что смыслом моей жизни стало учиться замечать что-то радостное в каждом дне. И мне было трудно это делать, это требовало усилий. Но это в чем-то перевернуло мою жизнь, потому что я стала учиться находить красоту и добро, я стала внимательнее к людям, стала интересоваться людьми, в конце концов, я стала интересоваться жизнью вообще. В итоге — самым главным для меня в жизни стало не то, что в мире так много зла, а то, что несмотря на все это, в мире есть столько добра, красоты, любви, и оно существует, как и существовало до меня и как — я начала понимать — будет существовать и после меня. В этом чувствовалась сила и жизнь.

Мне очень хотелось стать лучше. Вокруг было так много замечательных, привлекательных, в полном смысле слова красивых людей, и я тоже хотела быть умной, красивой, открытой, успешной. Я очень хотела быть с людьми, я очень хотела друзей, и я старалась стать лучше, более совершенной, чтобы люди захотели со мной общаться. Когда я поступила на факультет психологии, я стала заниматься в одном психологическом центре: тренинги, группы саморазвития и т.п. Я пыталась себя менять. Я искала какого-то смысла в жизни — на тот момент я его нашла. Самосовершенствование — это то творчество, которым человек может заниматься всю жизнь, постоянно продвигаясь вперед и постоянно открывая все новую глубину и новые цели. В себе можно многое менять — начиная с внешности и заканчивая вещами духовными. Продвигаясь по этому пути, я тоже определила для себя самое важное, то, чего я хотела в жизни, но определившись, не знала, что делать дальше. К тому времени я уже на собственном опыте прочувствовала, что одного желания стать лучше совсем недостаточно, недостаточно также тех усилий, которые я делаю. Невозможно обсудить это с кем-то — в то время у меня вообще не было людей, с которыми я могла бы обсуждать такие темы. Недостаточно опыта более развитых личностей, недостаточно книг. Психологических знаний вообще недостаточно для совершенствования. Та задача, которую я пыталась для себя решить, выходила за пределы как сознательного, так и душевного, и я могла только предчувствовать, что это касается чего-то более глубокого, более напряженного и тайного. Некоторые вещи человек просто не может совершить одними своими силами. А то, чему я хотела научиться в этой жизни, то, что стало для меня самым важным, ради чего стоило жить, то, что стало для меня самой жизнью, — это умение любить. Это было для меня единственной ценной способностью человека, и в способности любить для меня заключался весь смысл человеческого существования.

Читать еще:  Чем отличается танах от торы. Давайте объясню без фанатизма, что такое тора, танах и талмуд

Примерно в то же время я стала заходить в церковь. Вернее, в церкви. Я тогда любила бесцельно бродить по городу и гуляла в основном в центре города; выбирала места красивые и пустынные. А так как я несколько лет занималась в кружке, где мы изучали историю и культуру города, я как-то привыкла и мне очень нравилось изучать и рассматривать архитектуру, всякие памятники и тому подобное. Мне очень нравились храмы. Они были очень разные по стилю и виду и очень меня привлекали. Я любила смотреть, как их реставрируют и ремонтируют. Так я ходила и смотрела, а иногда заходила внутрь.

Вообще церковная жизнь меня напрягала. С одной стороны я верила в Бога и знала, что верующим и крещеным людям надо ходить в церковь. С другой стороны, в церкви не было ничего интересного для меня, я там ничего не понимала и чувствовала себя неуютно, была там чужой. Мой отец в то время воцерковился, и под его влиянием мы с сестрой стали ходить на службы, правда редко, на Рождество и на Пасху. Я иногда заходила на вечерние службы. Так прошло два года, и после празднования Пасхи я почувствовала, что хочу на службу. Мы с сестрой стали ходить на службу по воскресеньям, я даже два раза исповедовалась и причащалась. Так прошло несколько месяцев. Все это давалось мне невероятными усилиями. Служба длилась часа три, три с половиной, я ничего не понимала и уставала страшно. В конце концов, я больше не смогла этого выносить и перестала ходить. Как-то на работе я упомянула об этом в разговоре, это было в июне. А в сентябре моя коллега на работе как-то спросила меня, знаю ли я, что такое оглашение. Я не знала. Она мне ничего рассказывать не стала, предложила пойти на открытую встречу. Так как я вообще люблю ходить на разные встречи, я пошла. Это была вторая открытая встреча. А речь на ней шла о Любви, о Церкви и о том, что Церковь нужна человеку именно для того, чтобы узнать Любовь и научиться этой Любви. Я была потрясена. Я услышала то, что занимало все мои мысли, то, что было для меня самым важным. И я пришла на следующую встречу. Так и начался мой новый путь к Богу и в Церковь.

Мой путь к богу все. Мой путь к богу и в церковь

Живые свидетельства 2000-х годов

© Свято-Филаретовский православно-христианский институт, 2016

Эта небольшая книга – сборник воспоминаний и размышлений людей разных возрастов, судеб, духовного и житейского опыта о своем пути к Богу и в Церковь. Объединяет воспоминания то, что в какой-то момент их авторы увидели свою жизнь как путь, по которому их ведет Бог, и возблагодарили Его за это. Тексты написаны в редком для нашего времени жанре – жанре свидетельства, отражающем личный опыт встречи человека с Богом, который всегда уникален и никогда не повторяется. И хотя путь и опыт у каждого свой, однако в каждом пути есть сходные рубежи, поэтому книга может быть назидательной для всех, кто ищет свой путь к Богу и в Церковь или уже идет по нему.

Название сборника «Мой путь к Богу и в Церковь» и сама тема, над которой размышляют авторы текстов, вспоминая и анализируя свой духовный путь, родились из вопроса: можно ли прийти к Богу и не прийти в Церковь? Опыт жизни этих людей свидетельствует о том, что когда человек обретает живую и действенную веру во Христа, ему открывается путь в Церковь – собрание таких же, как он, учеников Христовых.

Эта книга о том, как человек откликается на призыв Божий и входит во врата Церкви, об открытиях, которые люди делают на этом пути.

Воспоминания каждый из авторов писал для себя. Эти свидетельства искренни и правдивы, что для нас особенно ценно. Авторы нижеприведенных текстов дали свое согласие поделиться с нами своим духовным опытом.

Христос пришел лично ко мне

Когда я была ребенком, отец подарил мне детскую библию с красивыми картинками. Я очень полюбила эту книгу и буквально впитала все, что в ней было написано. Я росла в атеистической среде, единственное, что я знала, что мой папа еврей, и поэтому мы не можем жить вместе (его верующие родители были против нееврейской жены и детей). Родители мне никогда ничего не рассказывали про Бога. От бабушки у меня осталась икона, напечатанная на обыкновенной бумаге под пластиковым стеклом. Я часто брала эту икону и разговаривала с Богом. Это был первый опыт молитвы. Я говорила Ему все, о чем думаю и мечтаю, чего мне не хватает, и как я Его люблю. В 6 или 7 лет я попросила маму меня крестить вместе с моим маленьким племянником. Мама пожала плечами и отвела меня в церковь. Тогда все крестились. На этом моя христианская жизнь закончилась, я только по-прежнему разговаривала с Богом по ночам, искренне по-детски молилась.

Когда я стала подростком, мне стало стыдно за мою веру, за крещение. Я увлекалась различными субкультурами, любила вампиров, ведьм и прочую чушь. Меня интересовала тема смерти и черной магии. Не могу сказать, что это было серьезно, мне хотелось шокировать всех, хотя вокруг меня христиан как таковых не было, но мне хотелось заявить, что Бога нет, прежде всего самой себе, чтобы делать все, что хочется. Мне было очень стыдно за свои молитвы. И однажды напоказ перед подругой я разбила мою любимую, бабушкину икону… Я стала ужасно суеверной. Помню, ехала в лифте и думала, если успею найти ключи в сумке до того, как лифт откроет двери, то будет так-то и так-то. И это сбывалось. Такое вот язычество.

Потом я оставалась скорее агностиком, была открыта всему. Я была в поиске.

Читать еще:  Юпитер в знаке скорпиона 10 октября. Павел Глоба

По мере того как я росла, у меня в голове вырисовывались две цели моего существования: 1) поступить в престижный вуз, 2) найти настоящую любовь. С первой целью оказалось все проще. Я казалась себе умной, начитанной, интеллигентной. А исполнение второй цели требовало много жертв. Я не отличалась ничем от других молодых людей.

Завоевание любви, эти люди, которых, как мне казалось, я любила, оставили во мне ужасные раны, которые не зажили до сих пор.

В 2008 г. на одной из вечеринок мой друг подошел ко мне и сказал: «Пообещай, что съездишь со мной в одно место утром». Мне было ужасно тяжело после бессонной ночи, после всего этого дурмана, но я согласилась. Это было второй раз, когда Господь позвал, а я отозвалась. Мы приехали на службу в Новодевичий монастырь. Я испытала очень сильное чувство стыда за свою жизнь, слезы лились потоком и, главное, я видела людей вокруг, и мне казалось, что они такие чистые и светлые, а я напротив. Я была очень счастлива, появилось ощущение, что нужно прекратить эту беспутную жизнь, но я испугалась. Мне стало страшно, что я буду одна, что никто меня не будет любить, я не верила, что мне будет достаточно Господней Любви. Я опять отвернулась от Бога. Зимой я поехала в Израиль. Там я ощутила нечто…

Я решила принять гиюр и стать иудейкой. Я осознанно отреклась от Христа, поверив, что Христос был всего лишь человеком – реформатором иудаизма. Я скрывала факт своего крещения, хотела быстрее избавиться от него. Мне очень хотелось, чтобы меня признавали евреи, я даже думала сменить фамилию матери на отцовскую. Но сил на изучение иудаизма и Торы не было, и как-то все утихло.

Так я жила еще 2 года, проваливаясь все глубже и глубже во тьму. Этот путь меня губил не только в духовном, но и в физическом смысле. Теперь я понимаю, что было так жутко из-за того, что я чувствовала всю ложь этого пути. Я отчаянно желала любви, и думала, что мне ее может дать человек. Я ждала ощущения счастья, творческого прилива, искала удовольствий. Я хотела уважения и признания, гордилась учебой и мечтала о карьере. Осенью 2010 г. я легла в кризисный центр. Психиатр лечил меня таблетками, православный психолог говорил о том, что уныние – это смертный грех. Тогда меня это только разозлило. Я не видела смысла в жизни. Я говорила, что хочу умереть, просила, чтобы кто-то мне объяснил, зачем мне жить. Я была уверена, что смысл существует, но из-за того, что не видела его, я болела физически и душевно.

Я всегда немного завидовала людям, которые уверовали в Христа резко, ярко. Они куда-то поехали, с кем-то поговорили, прочитали Евангелие… и раз. Мои изменения происходили очень медленно. Они как бы вплетались органично в мою жизнь, и вроде все было по-прежнему. Однажды я захотела пойти в церковь и сказала об этом своему жениху. Он обрадовался и сказал, что сам хотел мне предложить, но боялся. Я рассмеялась, так как боялась предложить это ему. Так мы начали ходить в храм. Слава Богу, что мы попали в храм свв. Косьмы и Дамиана в Шубине. Я даже боюсь представить, что было бы, если бы я пошла в храм возле своего дома, из которого меня однажды выгнали за платочек не на всю голову.

Пытаюсь вспомнить, в какой момент я прочитала Евангелие, когда начала молиться, и не помню. Теперь я понимаю, что это была личная встреча с Христом. Для меня было откровением, когда я поняла, что Христос пришел лично ко мне, а не коллективно ко всем, и Он всегда был со мной, только я отворачивалась. Опять возникло сногсшибательное чувство, что я вижу Свет. Потом была первая исповедь и первое Причастие, книги о. Александра Меня и вл. Антония Сурожского.

Но иногда мне казалось, что я трачу свое время в церкви.

На оглашение я пошла только по вере. Ничто другое не могло заставить меня. Я видела плоды этого, я видела изменившегося моего старого друга, который водил меня несколько лет назад в Новодевичий. И я поверила, что тоже когда-то смогу свидетельствовать о Христе своей жизнью. Собственно, оглашение стало самым крутым поворотом на пути к Богу, это нелегкий путь в гору.

Раньше, когда у меня спрашивали про заветную мечту, я не знала, что ответить, чувствовала, как мелко все то, чего мы хотим, всегда знала, что есть Смысл. «Что пользы человеку от всех его трудов, над чем он трудится под солнцем? Род уходит, и род приходит, а Земля остается навек» – эти строки я всегда любила.

Мой путь к Богу

Каждый приходит к Богу своим путем. Мне повезло: мой путь начался в семье. Отца и матери в моих детских воспоминаниях […]

Каждый приходит к Богу своим путем. Мне повезло: мой путь начался в семье. Отца и матери в моих детских воспоминаниях почти нет. Они всегда работали – как, наверное, и все родители в советское время. Отец – главный зоотехник (потом – директор совхоза) и мама – председатель профкома: ответственная работа занимала все их время, поэтому мы с сестрой росли с бабушкой и дедушкой. Я помню их настолько четко – как будто они стоят рядом.

Дедушка – военный летчик, после демобилизации – директор школы – невысокого роста, строгий взгляд и вся грудь в орденах. Он воспитывал детей и внуков по-военному, учил отвечать за свои слова и ничего не бояться. Мне до сих пор не хватает его мудрости и доброты…

Бабушка – учитель русского языка и литературы – до конца жизни сохранила королевскую осанку, роскошные волосы и необыкновенную красоту. Ее любили все – и уже седые ученики приходили в гости на чай, присылали открытки со всех республик и краев – тогда еще СССР. А она радовалась, как девчонка, и говорила: «Смотри, Леночка! Это Васенька прислал письмо! Такой хулиган был! Ой, фото! Ну, совсем не изменился! Надо же… уже капитан!» Я смотрела на фото и не могла понять: вот этот пожилой дядька с форме и с суровым взглядом – Васенька, хулиган?! «Бабушка, наверное, шутит», – думала я тогда.

Бабушка всегда верила в Бога. Дедушка – практически атеист… Как бабушка, имея такого мужа и работая в школе, смогла избежать вступления в коммунистическую партию и молиться каждый день – при этом никто ее не выдал даже во времена сталинских репрессий – не знаю, но факт остается фактом… Промысл Божий!

До сих пор стоит перед глазами: иконы, лампадка – и бабушка, тяжело опустившись на колени, что-то тихонько шепчет – и крестится широко, уверенно. А на лице – тихая радость.

Читать еще:  Сообщение об имени лиза. Елизавета

Помню, как она рассказывала историю, которая потрясла ее в молодости и привела к вере…

1933 год. Их, трех молоденьких, семнадцатилетних девчонок после педучилища, отправляют по комсомольской путевке в село – «поднимать грамотность», как тогда говорили. Юные, наивные, напичканные атеистической пропагандой, они приехали и сразу решили открыть клуб. Но где? Единственное подходящее здание – церковь, которая тогда пустовала. Робкие протесты местных стариков не остановили отчаянных девчонок – и работа закипела. Закрасили изображения святых, разобрали доски и всё, что было разрушено «богоборцами». Буквально через неделю повесили объявление о том, что вечером в здании «клуба» будут танцы…

Местной молодежи пришло немного, да и те, кто пришел, робко стояли у стен. Еще свежи были в памяти у этих ребят дни, когда в этом храме – тогда величественном, а сейчас изуродованном – проходили службы: горели свечи, сияли радостью глаза, возносились к небу молитвы… а сейчас – здесь – плясать?! И жались робко парни и девушки к стенам. Остатки стыда не пускали их осквернить храм, где молились их предки, где крестили их самих.

И тут одна из приезжих учительниц, в то время лучшая подруга бабушки, властно махнула платочком в сторону гармониста: «А ну давай “Барыню”!» -и с первыми звуками гармони выпорхнула на середину храма.

Как она плясала! Как артистка! Каблучки звонко стучали по плитам, юбка развевалась около стройных ножек, глаза сияли. Юная, красивая, задорная – за ней потянулись и остальные.

В этот момент бабушка всегда начинала плакать и только слегка успокоившись, продолжала: «Слава Богу, я болела. Сидела на лавочке – голова кружилась, и сил не было не то что танцевать – даже ходила с трудом. Так тихонько и ушла домой. Поднялась температура, и я провалялась в горячке несколько дней, а когда пришла в себя, узнала, что подругу мою – ту, которая первая пошла в пляс – парализовало. Врачи ничего не находили, а она рукой не могла двинуть, и лежала она, бедная, так 15 лет, покаялась, пришла к вере и тихо умерла под Пасху… Верю, Господь простил ее».

После этого клуб в церкви закрыли. Бабушка вышла замуж за дедушку, в то время курсанта Качинского летного училища, родила дочку, мое тетю, и полностью погрузилась в семью и работу. Жила, растила детей, молилась. Господь хранил ее и детей во время войны, когда они под бомбежками уезжали в эвакуацию. Ее молитвами хранил и дедушку – 690 боевых вылетов – и ни одного ранения!

Закончилась война, дедушка вернулся домой. Живи и радуйся! Но – неожиданно подкралась болезнь. В больнице живот разрезали и зашили – рак кишечника, 4 стадия. Никакой надежды.

Бабушка рассказывала, как она молилась тогда – она никогда больше так не молилась. На коленях были синяки, голос охрип… и Господь услышал ее! Но не ей, а неверующему дедушке приснилась красивая женщина в темном платке, которая сказала: «По молитвам твоей жены ты излечишься!» И дедушка действительно выздоровел, прожил до 82 лет, удивляя всех (особенно врачей) своей энергией и жизнелюбием, но к вере так и не пришел. Хотя и убежденным атеистом не был. Просто не говорил об этом никогда, сам не молился, но и бабушке не мешал.

Так и жили – два очень разных и бесконечно любящих друг друга человека. Так и ушли – почти вместе, с разницей в полтора года.

Царствие Небесное и светлая память рабам Божиим Анне и Иоанну! Спасибо вам за все!

А меня закружила жизнь… Лихие 90-е. Воистину, выживали как могли. За спиной – политехнический институт и совершенно не нужная, как выяснилось, профессия инженера-технолога прядильного производства. В круговерти выживания вера и Бог казались совершенно не нужными. Хлеб насущный казался более важным, а в храм – только на Пасху, куличи освятить, да на Рождество – и всё. Но при этом искренне считала себя верующей христианкой.

Потом всё наладилось. Я стала работать бухгалтером, закончила курсы программистов, получила второе высшее, уже экономическое образование, пошла на повышение – стала главбухом. Подрастал сын. Умный, красивый мальчик, совершенно беспроблемный ребенок, мамин сынок. Родилась дочка…

Клайв Стейплз Льюис сказал когда-то мудрую фразу:

«Бог обращается к человеку шепотом любви, а если он не услышан — то голосом совести; если человек не слышит и голоса совести, Бог обращается к нему через рупор страданий»

Голоса любви мы обычно не слышим, считаем, что достойны и большего. Голоса совести – тоже. Вот вроде, всё Господь дал мне – сына и дочку, хорошую работу, мужа, но я искренне считала, что всего достигла сама, что я такая молодец и достойна всего. Прийти в храм и поблагодарить Того, Кто дал мне всё – просто не приходило в голову. Голос совести так и не проснулся. Нет, я верила и молилась даже – дома. Времени на Бога не было.

И Господь обратился ко мне через рупор страданий…

26 августа 2012 года трагически погиб сын… мой мальчик… моя радость… Умный, добрый, справедливый, ласковый. Он был очень светлый человечек, его все любили. 3 курс института, работа в банке, блестящее будущее – все рухнуло в один миг.

Я плохо помню эти дни… Но четко помню, как стояла напротив икон и кричала: «За что, Господи?! За что?! Я никого в жизни не обидела, всем помогала, не воровала, не блудила… За что?!» Я требовала у Бога отчета. Сейчас страшно вспомнить, но это было. Не знаю, до чего бы я дошла в своем безумстве, но сын приснился мне и сказал: «Мама! Не ругай никого, так должно было случиться. День смерти и день рождения не мы выбираем. Всё есть, мама, всё есть. Молись за меня, мамочка! Я и не знал, что у меня столько грехов».

И я задумалась: если у чистого, доброго 20-тилетнего мальчика столько грехов – сколько же их у меня? И я как через сито стала просеивать свою жизнь – и ужаснулась от того, что увидела… и пошла в храм! Слава Богу за всё!

С этого момента многое изменилось. Мы с дочкой ходим в церковь и не представляем, как раньше жили без этого. Дочка поет на клиросе, занимается в воскресной школе. Я молюсь за своих родных и близких и за сына. И надеюсь, что Господь, по великой милости своей, простил его и меня.

У каждого человека свой путь к Богу. Кто-то с детства и до последнего дня живет с Богом и в Боге – это счастливые люди. Но большинство идут к Нему долгим путем, через скорби и лишения. Но неважно, как мы идем, – важно, чтобы дошли, чтобы успели.

Источники:

http://pravzhurnal.ru/Preobrazhenie/Ternistiy_put/moy-put-k-bogu-i-v-tserkov.html
http://www.litmir.me/br/?b=593861&p=1
http://pravoslavie.fm/articles/moy-put-k-bogu/

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector