Ход соловецкого восстания кратко. Оо “ассоциация защиты дворянской символики украины”

Ход соловецкого восстания кратко. Оо “ассоциация защиты дворянской символики украины”

И была образована в 1929 году.

Многочисленные археологические находки эпохи мезолита, свидетельствуют о раннем заселении этих мест. Такие стоянки поселения выявлены близ Дмитрово-Черкассы, у деревни Лукино и ряда других населенных пунктах Калининского района.

Уже к 9 веку эта территория, на которой проживали только финно-угорские племена, становится славянской. Теперь на сих землях стали проживать ильменские .

Когда в 13 веке образовалось самостоятельное , земли его, были поделены на два удела княжества – Микулинский и Телятевский. От внука удельного князя Михаила Александровича пошла линия князей Микулинских, а от второго Федора, пошел род князей Телятевских. Телятевский род не играл значительной роли в истории Тверского княжества.

Природные особенности и эпохальные факторы привели к заметному разнообразию в заселении и развитии уезда.
В хозяйстве этого края господствовало земледелие и скотоводство, важное значение имело также и льноводство. Вотчинное земледелие явно преобладало здесь, над поместным.

Медна на Тверце (Медное)

В Тверском уезде стали постепенно развиваться и расти села. Крупнейшим поселением посадского типа стало село Медное. Медна на Тверце – такое название носило это торговое . Удачное выгодное положение на торговом пути в и Великий Новгород способствовало быстрому развитию этого богатого села. По численности население село, явно превосходило, даже некоторые городские посады. В этом промышленном селе существовала своя пристань на реке Тверце. Видимо отсюда и тогдашнее название села – Медна на Тверце.

Торговля в те времена значительно оживилась в связи со строительством Петербурга. На тракте Москва – Петербург с.Медное сохраняло свое важное торговое значение. Но не для всех жителей этого села, жизнь была в радость.
Почитайте главу “Медное” , его “Путешествие из Петербурга в Москву”, где нарисована страшная картина жизни крепостных.

Медновские владения мало страдали от нашествия врагов и быстро восстанавливались от незначительных разорения.

Тверской уезд. Век 18-й

Начало 18 века принесло изменение в административном подчинении территорий. В 1708 году, в связи с образованием губерний в российском государстве, местность Тверского уезда вошла в состав Ингерманландской губернии, потом спустя 11 лет, тверская провинция была приписана Новгороду. Только к концу 17 века, уезд был введен в состав Тверского .

Но на этом пока все. Продолжение в следующих статьях .

С уважением, Виталий Сердюк.

В.М. Воробьёв, И.Н. Победаш, Е.А. Клюева, А.В. Борисов

ИСТОРИЯ ТВЕРСКОГО КРАЯ

Допущено в качестве учебного пособия

Издание 2-е, исправленное и дополненное

Под общей редакцией В.М. Воробьёва

Воробьёв Вячеслав Михайлович (предисловие, введение, §§ 1-6, 18-28)

Клюева Елена Анатольевна (§§ 29-39)

Победаш Игорь Николаевич (§§ 7-17, 40-51)

Борисов Александр Васильевич (§§ 52-58)

Рукопись подготовлена на кафедре краеведения Тверского областного института усовершенствования учителей при участии преподавателей исторического факультета Тверского государственного университета.

Материалы для иллюстраций предоставлены Тверским государственным объединённым музеем, Тверским центром документации новейшей истории, Тверской областной универсальной научной библиотекой им. А.М. Горького, Научной библиотекой Тверского государственного университета.

Земля, где дали тебе жизнь родители, земля, на которой ты растёшь, учишься, обретаешь друзей, – это и есть Родина в коренном значении этого слова. Это мир, где живут близкие тебе люди, где течёт знакомая тебе река, где стоит на берегу твой город, посёлок или деревня. За окраиной – поле, лес, дороги. Дороги во все стороны большой Родины – России. А для человечества Родина – вся наша планета.

Взрослея, обретая знания и понимание большого мира, человек несёт в себе все эти смыслы слова “Родина”. Но изначальным, глубинным остаётся тот, что вошёл в тебя в детстве речью земляков, летними закатами, жизнью твоей улицы, первыми поездками в соседний город, первым костром в походе.

День ото дня тебе хочется узнать об этой земле всё больше и больше. Сам становясь её частью и её хозяином, ты хочешь постичь её всю. Хочешь не только окинуть взглядом сегодняшние пределы края, но и побывать во всех временах, которые пережила эта земля до твоего появления на ней. Каждая из этих эпох уже не чужая тебе. Вдумчиво перелистать страницы местной истории и культуры – естественное и понятное желание. Именно поэтому историческое краеведение является центральной частью курса отечественной истории, а не случайным приложением к нему.

У каждого края свой облик, свой неповторимый путь в истории. Что же такое Тверской край и чем он славен? Про это и написана книга, которую ты открываешь.

Авторы соотносят понятие Тверской край с Тверской областью в её современных границах. Но в разные периоды отечественной истории многие нынешние тверские земли входили в состав других княжеств, губерний и областей. Так, в XIX- начале XX в. земли к северу от Вышнего Волочка принадлежали Новгородской губернии, Торопецкий уезд был частью Псковской губернии, а обширные пространства к юго-западу от Ржева относились к Бельскому уезду Смоленской губернии. В отдалённом прошлом, в средневековье, картина выглядела ещё более сложной. Принадлежность этих территорий на протяжении веков не Твери, а другим русским землям даёт право нынешним бологовцам, торопчанам, нелидовцам не считать себя исторически в полной мере тверитянами. И авторы, конечно, понимают условность знака равенства между названиями Тверской край и Тверская область.

Но сегодня мы вместе, и любые переделы будут не на пользу всем нам. Да и в прошлом соседство и сотрудничество переходили в прямое родство. Удивительная вещь: нынешние границы Тверской области, как никогда прежде, повторяют очертания уникальной природной системы – Валдайской возвышенности, “Оковского леса” первых русских летописей, Великого водораздела трёх морей. И это главное основание, чтобы описывать и изучать Тверскую область как единое в прошлом и настоящем историко-географическое пространство.

В эпоху первобытности в верховьях Волги, Западной Двины, Днепра и Мсты расселились племена разного происхождения, пришедшие сюда по великим рекам с четырёх сторон света. В древнерусское время эти земли располагались на перекрёстке путей между Новгородом и Киевом, между Прибалтикой, Смоленском и Владимиром. С начала XVIII в. Тверской край соединяет два главных города России – Москву и Санкт-Петербург. Таким образом, вновь тверские земли находятся в центре событий отечественной истории. Сходной по значимости представляется и будущая судьба этого ключевого региона России.

Читать еще:  Заговоры на любовь мужа с помощью булавки. Отворот на английскую булавку: правильный вариант ритуала

Географическое положение определило уникальность гражданской и культурной истории, экономики и торговли края. В Верхневолжье сложился особый тип характера жителя этой части России. Причудливо, но объяснимо соединяются в нём основательная неспешность со сметливостью, гордое упрямство с открытостью чужой беде, аккуратная хозяйственность с презрением к неправому богатству. А надо всем этим – почитание Всевышнего и природы-матери.

Ход соловецкого восстания кратко. Оо “ассоциация защиты дворянской символики украины”


Воевода Мещеринов подавляет Соловецкое восстание.
Лубок XIX века

СОЛОВЕЦКОЕ ВОССТАНИЕ, (1668–1676) («Соловецкое сидение») – противостояние сторонников старой веры церковной реформе Никона, эпицентром которого стал Соловецкий монастырь. Участвовали представители различных социальных слоев: верхушка монастырских старцев, выступавших против реформационных инноваций, рядовые монахи, боровшиеся против усиливавшейся власти царя и патриарха, послушники и монастырские работники, пришлые зависимые люди, недовольные монастырскими порядками и усиливающимся социальным гнетом. Число участников восстания – около 450–500 чел.

К началу XVII века Соловецкий монастырь превратился в важный военный форпост для борьбы с шведской экспансией (Русско-шведская война (1656—1658)). Монастырь был хорошо укреплён и вооружён, а его насельники (425 человек на 1657 год) владели воинскими навыками. Соответственно монастырь обладал съестными припасами на случай неожиданной шведской блокады. Его влияние широко распространялось по берегам Белого моря (Кемь, Сумский острог). Поморы активно снабжали продовольствием защитников Соловецкого монастыря.

С. Д. Милорадович «Чёрный собор». 1885 г.

В 1667 году состоялся Большой Московский собор, который анафемаствовал старообрядчество, то есть древние богослужебные чины и всех тех, кто их держится. 23 июля 1667 года власти назначили настоятелем монастыря сторонника реформ Иосифа, который должен был провести реформу в Соловецком монастыре. Иосиф был приведён в монастырь и здесь на общем соборе монахи отказались принять его в качестве настоятеля, после чего Иосиф был изгнан из монастыря, позже настоятелем был избран архимандрит Никанор.

Второй этап начался 22 июня 1668, когда для усмирения монахов был выслан первый отряд стрельцов. Началась пассивная блокада монастыря. В ответ на блокаду монахи начали восстание под лозунгом борьбы «за старую веру» и заняли оборону вокруг крепости. Мятежникам помогали и сочувствовали крестьяне, работные и пришлые люди, беглые стрельцы, а позже и участники разгоравшейся крестьянской войны под предводительством Степана Разина. В первые годы московское правительство не могло послать значительных сил на подавление восстания из-за других крестьянских волнений. Однако блокада продолжалась, и руководство монастыря, а также значительная часть чернецов (монахов, принявших схиму) выступили за переговоры с царскими воеводами. Миряне и пришлые люди отказались идти на компромисс и требовали от монахов «за великого государя богомолие отставить». Переговоры, которые велись с восставшими в течение 4 лет, ни к чему не привели. В результате в 1674 Алексей Михайлович увеличил войско, осаждающее крепость, назначил новым воеводой Ивана Мещеринова и отдал ему приказ «мятеж искоренить вскоре».

На третьем этапе борьбы осажденных со стрелецким войском предпринимались многочисленные попытки штурма крепости, долгое время заканчивавшиеся безуспешно. Несмотря на многочисленность (до 1 тыс. человек) стрельцов, брошенных на взятие непокорных и наличие у них огнестрельного оружия, крепость не сдавалась. В ходе осады идея «защита старой веры» сменилась отрицанием царской власти и централизованного церковного правления. До конца 1674 года монахи, оставшиеся в монастыре, продолжали молиться за царя Алексея Михайловича. 7 января 1675 года на сходке участников восстания было принято решение не молиться за царя-«ирода». («Никакого указа нам от великого государя ненадобно и не служим ни по новому, ни по старому, делаем по-своему»). В монастыре перестали исповедываться, причащаться, признавать священников, стали привлекать к работе всех монастырских старцев – «в хлев, и в поварню, и в мукосейню». Организовались вылазки против осаждавших монастырь войск. Игумен Никандр специально кропил пушки осажденных святой водой. Возникавшие повреждения крепостной стены, образовывавшиеся после непрерывных обстрелов, быстро ликвидировались монахами.

В конце мая 1675 года Мещеринов явился под монастырем с 185 стрельцами для разведки. Летом 1675 года военные действия ужесточились, и с 4 июня по 22 октября потери только осаждавших составили 32 человека убитыми и 80 человек ранеными . Мещеринов окружил монастырь 13 земляными городками (батареями) вокруг стен, стрельцы начали вести подкопы под башни. В августе прибыло пополнение в составе 800 двинских и холмогорских стрельцов. На этот раз Мещеринов решил не уходить с островов на зиму, а продолжать осаду и зимой. Однако защитники монастыря отстреливались и наносили правительственным силам большие потери. Подкопы были завалены при вылазке отряда защитников монастыря. 2 января 1676 года отчаявшийся Мещеринов сделал неудачный приступ к монастырю; штурм был отбит, погибли 36 стрельцов во главе с ротмистром Степаном Потаповым.

18 января 1676 года один из перебежчиков — чернец Феоктист — сообщил Мещеринову, что можно проникнуть в монастырь изо рва Онуфриевской церкви и ввести стрельцов через окно, расположенное под сушилом у Белой башни и заложенное кирпичами, за час до рассвета, так как именно в это время происходит смена караула, и остаётся только по одному человеку на башне и стене. Тёмной снежной ночью 1 февраля 50 стрельцов во главе с Степаном Келиным, направляемые Феоктистом, подошли к заложенному окну: кирпичи были разобраны, стрельцы вошли в сушильную палату, добрались до монастырских ворот и отворили их. Защитники монастыря проснулись слишком поздно: около 30 человек из них бросились с оружием на стрельцов, но погибли в неравном бою, ранив только четверых человек.

После короткого разбирательства на месте предводители мятежников Никанор и Сашко, а также 26 других активных участников мятежа были казнены , другие разосланы в Кольский и Пустозерский остроги.

Соловецкое восстание – одно из наиболее заметных выступлений против попыток реформировать религиозную жизнь во времена «тишайшего царя» Алексея Михайловича. Тексты многочисленных списков Повести и истории об отцах и страдалицах соловецких писателя-самоучки старообрядца Семена Денисова, рассказывавшие о жестокостях и репрессиях царских усмирителей, бытовали по всей России. Упорство в вере и мученическая смерть «соловецких старцев» создала вокруг них ореол мученичества. О соловецких защитниках слагались песни. В народе даже ходила легенда, что в наказание за эти злодеяния Алексей Михайлович был поражен страшной болезнью и умирал покрытый «гноем и струпьями».

Ход соловецкого восстания кратко. Оо “ассоциация защиты дворянской символики украины”

Александр Сергеевич Ходаковский. Родился 18 декабря 1972 года в Донецке, УССР, СССР.

Читать еще:  Росписи андрея рублева. Андрей рублев - владимир - история - каталог статей - любовь безусловная

Происходит из древнего русского боярского рода ближневосточного арабского мусульманского происхождения, Малькевичей-Ходаковских, которыe использовали дворянские гербы “Лелива”, “Сас Лелива” и “Доленга”, “Ястребец” (“Ястржембец”), “Янина”. Владели имениями Кодаки (или Ходаки), одно из которых – крепость на месте современного города Днепропетровск (Днепр).

Начало истории родов герба “Лелива” в ранне-русском государстве датируется 7-м веком нашей эры и периодом арабо-византийско-хазарских воен.

Подробнее история боярского и шляхетского рода Малькевичей-Ходаковских изложена в разделе “Герб “Лелива”, а в истории, прилагающейся к документу о гербе “Лелива-Држевице”, носители герба названы сарацинскими царевичами, прибывшими в Киев по приглашению Великого Князя Владимира.

Кратко из биографии:
Работал начальником отдела Центра специальных операций «А» по Донецкой области.

Лидер Общественного движения «Патриотические силы Донбасса» с 2014 года.

Профессия – офицер спецназа
Деятельность – политик, военный
Род войск – Альфа и Народное ополчение Донбасса

Командовал – бригада «Восток»; Управление «А» СБУ в Донецкой области

Текст

Я более-менее понимаю себя самого, я могу дать примерную оценку тем, кого «окормлял», как говорят в церковной среде, во время этих сложных событий, и меня всегда занимал вопрос: как мы, вот такие, совсем не похожие на героев с обложки, красивых даже в потрепанной робе, дерзнули взяться за такую драматическую работу? Я смотрел на бедовых мужиков, творивших подчас не пойми что, и недоумевал: почему они? Почему мы? Где эти воспетые, разумные, эталонные? Значит, чего-то мы не понимаем в этой жизни, или рассуждаем навязанными стереотипами, – а может трижды герой Кожедуб в обычных обстоятельствах был тот ещё «товарищ»?

Но это я так, как пролог к тому, что хочу сказать сейчас: почти ничего не читаю и не смотрю из написанного и снятого о Донбассе – нет настоящей правды. Не то, чтобы врут, хотя некоторые врут отчаянно, – не могут показать так, чтобы у читающего и смотрящего возник такой же вопрос, как у меня в первом абзаце: как эти, в общем-то заурядные, как бы они гордо ни позировали с автоматами и прочим военным металлоломом, люди, часто из категории, которую иногда презрительно относят к маргинальной, сумели превзойти самих себя? Пусть на время, пусть на рывок, – но сжали в себе все остатки приличного до размера теннисного мячика и метнули в пространство. Меня это, с одной стороны, удивляет, а с другой – а кто и когда отказал им в праве на большое под слоем социальной коросты?

Это рвёт стереотипы, это заставляет переосмысливать природу вещей. Вот читаешь некоторых фронтовых авторов и не хочешь с ними соглашаться: они пишут о войне так и такое, что наше откалиброванное сознание просто отказывается это воспринимать. Ну не можем мы смириться с тем, что не тридцать три богатыря вышли из волн и, сурово теряя собратьев, изгнали супостата, затолкав зло в преисподнюю, а сосед Иван, обычный и неприметный, зачастую выпивающий и матерящийся за тонким бетонным простенком, взялся за это эпическое дело.

И то, что многие видели, как этот сосед Иван жил, а потом видели и многое другое, что его не красит, потому что иваны бывают совсем разные, вызывает у них сомнение: а так ли велико и благородно дело, которое делается так и такими руками? И те, кто снимают и пишут, чувствуют своей тонкой натурой, что просто транслируя внешнюю правду, они на этот вопрос ответить не смогут – не хватит способностей. Потому что есть и какая-то более глубинная правда, которая вполне выдерживает конкуренцию с правдой формальной, где кровь и грязь, мародерство и трусость, глупость и тщеславие. Хотелось бы, чтобы нашёлся в конце концов такой автор, который напишет или снимет ту правду, которая не будет однобокой, но будет такой, которая ответит на все вопросы – это и будет настоящий сказ о Донбассе.

Текст

Начну с банальности – люди все разные. Ничего такого свежего в том, что я скажу, не будет – так, просто трансляция мыслей. Собственно, о различиях: помимо расовой и этнической принадлежностей, помимо темперамента, знаков зодиака и года рождения по китайскому календарю, мы все отличаемся разным уровнем предприимчивости. Чем это обусловлено – не важно. Есть – и все.

У Мережковского в начале прошлого века были две статьи – «Больная Россия» и «Грядущий хам». Я их читал в довольно нежном возрасте – лет в восемнадцать. Тогда только начали появляться в печати тексты такого плана, невозможные в доперестроечные времена. Так вот, в этих статьях он предвосхищал воцарение «паюсной икры», как он выражался – то есть, серой массы. Он не сильно ошибался – лозунги про кухарок и власть перекликаются с его пророчествами.

Но тут я посмотрел какой-то материал по советскому прошлому времён застоя, и снова, если можно так выразиться, задумался над этим ворохом вопросов, посвящённых теме: почему мы ностальгируем по этому времени. Тут в памяти всплыл спор Валентина Фалина, когда он был послом в ФРГ, с представителями крупного немецкого бизнеса о том, что более эффективно: советская система, где государство стремится стимулировать отдачу человека через попытки поднять уровень его сознательности, или западная система, построенная на предприимчивости? Немец утверждал, что предприимчивость – успешность – результат – удовлетворение, – это естественная связка, более органичная для человека с его современным уровнем развития, чем та методика, которая провозглашена в СССР. Как показало время – в чем-то немец оказался прав.

Но глядя на кадры хроники, которые без заданной цели, просто самой иллюстрацией прямо кричали о стабильности того времени, предсказуемости, возможности не думать о вопросах, выходящих за рамки компетентности рядового человека при отсутствии интернета и искусственного вовлечения в большую политику, при отсутствии такого мощного, как сейчас, манипулирования сознанием, уводящего человека от земных радостей в сферу безудержных политических страстей, я подумал о двух вещах: да, это было царство непредприимчивых людей, а ещё – это царство было гораздо ближе к божеским установкам, чем современное наше общество, несмотря на снятие с веры и религии государственного табу.

Непредприимчивый человек в созданных для него условиях реже прибегает к правилу: намахни ближнего своего, пока он не намахнул тебя. Он меньше задумывается о дне завтрашнем, потому что об этом за него думает государство, а не так, как сейчас: люди судорожно пытаются застраховать себя и своё будущее сами, сгорая в тревогах о будущем, потому что не верят государству. Вот она – соль: тогда верили государству. Помните, как Мымра отчитывала Новосельцева, подавшего некачественный статотчет? «Вот из-за таких, как Вы, ротозеев, люди и недополучают необходимого», – поэтому и дефицит. Государство заботу о населении делегировало себе. Как оно справлялось – отдельный вопрос, – но ностальгируем мы, возможно, потому, что тогда мы могли быть непридприимчивыми людьми и не конкурировать с пронырами и пройдохами, которых куда больше, чем порядочных бизнесменов. Тогда знающий, думающий, умеющий был выше любого просто предприимчивого. А для многих направлений предприимчивости были свои вполне точные термины, как, например, «спекулянт», а за тунеядство наказывали.

Читать еще:  История происхождения и толкование имени наина. Имя Наина на разных языках

Текст

Я бы поверил в Бога хотя бы ради того, чтобы знать, что все блядство этого мира не просто сдохнет, отжировав своё, но ответит по заслугам там, в вечности. Аминь.

Да простят меня обыватели, что я иногда делаю в их адрес критические замечания – мне можно. Можно в том смысле, что я всю свою продуктивную жизнь стоял на страже их спокойного сна, или, по крайней мере, пытался это делать. Что я делаю с начала четырнадцатого года – требует отдельного определения. С покоем это точно не связано, а сакральный смысл ускользает от тяготящегося нуждой и страхом обывателя, как нечто надуманное и притянутое за уши к нашей рациональной и, в принципе, жвачной действительности.

Но именно обыватель внушает сегодня мне сдержанный оптимизм. Я имею ввиду то его неизбывное качество, которое позволяет ему адаптироваться к большинству внешних изменений. Мы удивляемся, как за пару десятков лет обыватель забыл, или если не забыл, то отвык от советского прошлого. Мы поражаемся, как он же за шесть лет войны под воздействием пропаганды превратился в записного русофоба, если речь об Украине. Он не забыл и не превратился – он адаптировался к новым условиям.

А это в свою очередь означает, что не так уж и страшны те изменения, которые произошли на неподконтрольных нам территориях. Поменяется контекст – и мы снова будем удивляться адаптивности, – а самое интересное: мы все улыбнемся, кто первым побежит навстречу с рушником и хлебом-солью. И запад это понимает – прекрасно понимает. Давайте уберем фактор регулярной армии, которую втравили в войну, когда она даже на майдан отказалась выдвигаться, тем самым повязав ее кровью, и сравним наш потенциал, который мы спешно набрали на территориях всего двух, по сути, областей, и то, что наскребли националисты со всей Украины. Это не очень сопоставимо.

Нам просто не хватило времени. Мало кто вовремя разобрался в ситуации, а пока мы раскачивались и оглядывались на Крым – в дело пошла армия. Первый наскок нацбата мы отбили с потерями, но без особых усилий – и стало понятно, что эти хваленые херои мало чего стоят и с их помощью даже то немногое, что мы успели, не сомнешь. А армия – это «Точки-У» против наших калашей, это авиация, это танки, это грады и ураганы. А ещё нужно ведь учесть фактор «элиты», всех этих добченков-бобченков с кернесами впридачу, которые, не получив инструкций и гарантий в Москве, просто слили протест в своих регионах.

И пусть в тексте содержится некоторая ирония в адрес нашего дорогого обывателя, но «мы пскопские» – это его жизненное кредо, чего уж тут. Так что не стоит считать, что мы все проиграли и изменения носят необратимый характер – не было бы счастья, да несчастье помогает.

Выпало пару свободных часов в ожидании интервью, и я поехал по Донецку. Ехал не торопясь, со скоростью транспортного потока, но очень быстро оказался у пролома на Путиловском мосту. Постоял несколько секунд, и покатился обратно. Повторять маршрут не стал – свернул на Экономическую, и проехал по складским закоулкам, чтобы снова оказаться у начала Киевского проспекта.

Совсем не замечаешь, как визуальный мир перетекает в визуальную войну. Я ехал, пытаясь осознать, на каком именно из немногочисленных перекрёстков я остался почти один среди смотрящих с укоризной истерзанных войной фасадов, и вспоминал, как давно я в Донецке. С девяносто третьего, как только отслужил срочную и поступил в политех на электроэнергетические системы и сети. Для некоторых целая жизнь, а для некоторых – и вся целиком жизнь, выродившаяся в компактное надгробие с датой, заключённой в один из этих долгих годов войны.

Понимать, что происходит с городом, можно, только будучи его частью. Это как большой и близкий человек, недавно радовавший силой и здоровьем, лежит, тяжело поднимая грудь, а ты стоишь над ним в недоумении и неловкости, и кроме банальных условностей ничего не можешь сказать. Очень непросто воспринимать то, что случилось. Вот ты видишь одну картину, внешне вполне благополучную, и вот ты уже в совсем другом мире. Меняется все: воздух, дома, люди. И даже если, пока ты ехал туда и назад, человек прошёл пешком всего пару кварталов и пересёк невидимую черту – он уже другой.

А где-то на границе между мирами стоит отдельным зданием помпезный мебельный магазин. Я, удивленный открытием, зашёл в его заставленное дорогими диванами фойе, упёрся взглядом в картины с искусственными кракелюрами на стенах, и даже не сумел скрыть удивления, когда на меня набросились появившиеся из отапливаемых углов продавцы с формальными предложениями «рассказать». Мы смотрели друг на друга, как на сумасшедших: они на сумасшедшего посетителя, я – на сумасшедших продавцов. Я не мог не спросить их, – для кого они работают? Ответ был прост: хозяева сказали – надо. Новых уже, дескать, появилось. Но новые живут, чаще всего, в чужих и уже меблированных особняках, – так что диалог наш никто не поддержал.

Контраст между этим магазином и любым из расхреняченных условно неподалёку зданий невероятно разительный, но чувствуешь этот магазин не чем-то противопоставленным, а вполне себе дополняющим общую картину, – эдаким катализатором восприятия.
И вроде все это не раз уже видел, и вроде даже видел и похуже и пострашнее – невозможно спокойно мириться с Донецком образца почти уже две тысячи двадцатого года. Невозможно поверить в то, что судьба этого города заканчивается. Он как герой той войны Маресьев, ползёт на звук канонады куда-то по направлению к своим, волоча отмирающие конечности. Он никогда больше не будет прежним, но он ещё полетает.

Источники:

http://artpos.ru/recipes/hod-soloveckogo-vosstaniya-kratko-oo-associaciya-zashchity-dvoryanskoi.html
http://nobilityassociation.wordpress.com/2018/09/30/%D1%81%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%86%D0%BA%D0%BE%D0%B5-%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%B5/
http://www.dolgorukiy-dynastic.com/441073647

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему: